Антология экспедиционного очерка



Материал нашел и подготовил к публикации Григорий Лучанский

Источник: Мартынов И Первые шаги. Из сборника "К седоглавым вершинам Кавказа".  Составитель сборника альпинист В. А. Никитин. Ставропольское книжное издательство, г. Ставрополь, 1962 г.


В палатке слышно только теплое дыхание спящих соседей. Светящийся циферблат часов еле виден в чернильной темноте ночи. Луны нет, а сверкающие на небе звезды не могут своими слабыми лучами пробить густую и ощутимо плотную темень, залегшую между горными хребтами. Но вот слышится тихий говор – это инструктор будит дежурных. Загораются свечи в палатках, затем тут и там начинают пылать костры. Нехотя наш походный лагерь потягивается и медленно просыпается. Но медлить нельзя, впереди большой и трудный поход, поэтому через полчаса лагерь становится похож на растревоженный муравейник. В темноте, присвечивая себе фонариками или свечами, добрая сотня людей, еще не проснувшаяся толком, одевается, собирает свои вещи и укладывает объемистые рюкзаки. Возле костров собираются самые расторопные, чтобы с аппетитом или без него съесть слишком ранний завтрак. В отблесках багряного пламени люди, окружающие плотным кружком костер, кажутся отлитыми из красноватой бронзы, а темнота вплотную подкралась к ним и через их головы с любопытством заглядывает в костер. Языки пламени бегают в костре, скачут, рвутся, как злые щенки на привязи, жаждущие достать своего извечного врага – темноту. Но она пока сильнее и непроницаемой стеной мрака обступает узкий освещенный круг...

Палатки свернуты и убраны; костры один за другим затухают, и, слившись в темную, шумную массу, начинает строиться к выходу наш отряд. Для нас, начинающих альпинистов, впервые попавших в горы, только что окончилось обучение основам альпинизма, которые необходимы, чтобы пройти по ледникам и через перевалы и взойти на вершину. С самого приезда в альпинистский лагерь мы были распределены по учебным группам-отделениям и уже успели сдружиться так, как можно сдружиться только в горах, где все трудности и опасности, все удачи и радости делятся с товарищами.

В нашем отделении собрались представители многих краев страны: студент из Тарту Юри, шахтеры из Подмосковья Вася, Коля и Андрей, токарь из Харькова Анюта, учительница из Смоленска Света и студентки из Тюмени Галя и Валя. Учит нас и руководит нами опытный инструктор альпинизма маленькая черноглазая ленинградка Тамара. Как-то сами собой определились у нас вожаки-заводилы, которые не дают унывать, когда трудно, и вокруг которых на всех биваках кипит работа, это Вася и Света. Вася, недавно демобилизованный из армии, умеет делать все на свете. Все, что показывает инструктор, он схватывает на лету. Света – врожденный организатор. Она без шума и споров ведет все наше походное хозяйство и на биваках командует всеми. У нас все идет дружно и сообща, единой семьей. Инструктору с нами легко, и Тамара не подчеркивает свою «руководящую» роль.

Вытянувшись в длинную колонну, мы покинули место бивака. Узкая тропинка уводит в березовые заросли, где так темно, что еле видна расплывчатая тень впереди идущего; слышно напряженное дыхание, тяжелые, мерные шаги да изредка звяканье плохо притороченного котелка или лязг триконей о камень под ногами; в просветы между березами можно видеть светящуюся цепочку фонариков вдоль колонны. Постепенно затихают разговоры – идти в гору нелегко. Начинает светать... Небо на востоке чуть светлеет, звезды тускнеют и исчезают, в небе все четче вырисовываются гребни и вершины. Где-то в вышине становятся видными бледные, расплывчатые облака. Темнота незаметно отступает все дальше, вниз, в долину, и из серой предрассветной дымки показываются освобожденные из плена ночи скалы, бегущие где-то внизу ручьи, отвесные стены «бараньих лбов», с ниспадающими с них водопадами, и наконец ледник, уходящий гигантскими белыми ступенями ввысь. Небо чуть голубеет, облака розовеют и четко выделяются на голубом фоне. Все это богатство красок беспрерывно меняется, и хочется, затаив дыхание, стоять и любоваться этой необыкновенной, зримой гаммой красок и цветов. Воздух так свеж и чист, что с каждым дыханием как будто пьешь глоток чудодейственного эликсира, дающего бодрость и силы.

Проторенная тропа ушла на ледник Алибек, куда каждый день ходят группы экскурсантов, а наша тропка теряется среди каменистых осыпей и густого, невысокого кустарника. Рюкзак, как надоедливый приятель, – все время чувствуешь его за спиной, а не снимешь, не бросишь. Поднимаемся на гребень древней морены, и вдруг, прямо под ногами, открывается небольшое Турье озеро. Его необычный голубоватый цвет, снежный язык зимних лавин, спускающийся прямо в воду, льдины, плавающие, как айсберги, суровые скалы вокруг – все это напоминает не Кавказ, привычный синоним тепла и солнца, а далекую, неведомую Антарктику... Здесь отдых.

Наша Тамара – заботливый инструктор. Она всю дорогу внимательно следила за каждым своим питомцем. Для нее всякая, казалось бы, мелочь имела значение: как дышишь, как шагаешь, какой цвет лица, как сидит на спине рюкзак. Теперь она быстро перекладывает чей-то рюкзак; у девушки забирает несколько банок консервов и ободряет ее; еще раз рассказывает, как надо сохранять ровный темп, как не сбивать дыхание. Пожалуй, только одна ее забота уже наполовину помогает преодолеть трудности пути.

Короткий отдых пролетел совсем незаметно, и снова мы трогаемся в путь. Тропка круто поднимается вверх по камням морены, как по ступенькам лестницы, но если идти неаккуратно, то целые ступеньки ее улетают вниз. Острый гребень морены возвышается над дном долины метров на сто, и теперь хорошо видна вся наша колонна, растянувшаяся на добрые полкилометра. Не всем одинаково дается этот тяжелый путь, кое-кто начинает отставать, кого-то совсем «задавил» рюкзак, и его мокрое лицо, с которого ручьями бежит пот, неровное, тяжелое дыхание показывают, что он далеко не готов к такому походу!

А на востоке разыгрывается феерия восхода солнца... Оно еще за далекими хребтами, но яркие потоки света льются оттуда; все снега вверху окрашены нежным багрянцем, а облака такие румяные, как будто только что умылись горной, ледяной водой; совсем нет нигде серых или черных цветов, которые вместе с темнотой ушли, спрятались от солнца или под его лучами преобразились, заиграли неожиданными красками – фиолетовой, синей, зеленой. Язык ледника где-то далеко внизу, а рядом разорванный трещинами ледопад. По узкому коридору между скалами «бараньих лбов», среди потоков и водопадов мы поднимаемся все выше, чтобы обойти ледопад и выйти на ровное плато ледника. Большая высота чувствуется во всем – идти все труднее, горизонты становятся все шире.

Сидя на рюкзаках, отдыхаем и наслаждаемся невиданными картинами, от которых не хочется отрываться, настолько они красивы, а может быть, и потому, что тяжелые рюкзаки не на нас, а под нами!

Пока снег на склонах перевала не размягчился под лучами солнца, надо двигаться вперед. Позже будет труднее, на каждом шагу придется проваливаться в рыхлый снег.

Ледник «Двуязычный», по которому мы идем, становится почти плоским. Слева над ним висят громадные, причудливые башни крутого ледопада. Внимание! Поперек нашего пути нагромождены валы из снега и раздробленного льда, какая-то ледовая башня недавно обрушилась и, пролетев по склону, пересекла почти всю ширину ледника. Впереди слышна команда, и мы почти бегом проходим опасное место. Устали изрядно. Выйдя на безопасное место, останавливаемся. Впереди видны трещины, пересекающие склоны перевала, поэтому достаем из рюкзаков капроновые веревки, специальные пояса и начинаем связываться в «связки» по три человека. Наши девочки устали, но решительно отказываются от помощи – хотят преодолеть все трудности сами. Становится жарко, хочется пить, к счастью, у Светы, запасливой хозяйки, нашлись два яблока, и мы делим их на всех. Сбрасываем часть своих многочисленных одежек, которые так кстати были утром. Теперь можно было бы идти в одних трусах, если бы не обжигающие лучи солнца.

Начинаем подъем к перевалу. Инструктор умело выбирает путь через трещины, следит за правильностью страховки, и недаром... Вдруг слышен испуганный крик Вали и она исчезает с глаз. Вася, который ее страховал, с напряжением удерживает веревку, натянул веревку и Юра – третий в связке. Тамара, наш инструктор, помогла Вале выбраться из узкой трещины, плотно забитой снегом. Видно было, что Валя сильно испугалась.

Идем с еще большей осторожностью. Кругом зияющие бездны трещин, мосты через них из голубоватого льда очень красивы, но проходить по ним страшновато. Под ледовым карнизом висят хрустальные, сияющие в лучах солнца, сосульки. Весь наш путь так интересен, что забываешь об усталости, тяжелом рюкзаке и о том, что впереди еще много часов работы.

На Джаловчатский перевал все отделения выходят разными путями, лавируя между трещинами или пробираясь под отвесными стенами пика «Квадратного». Вот и перевальная точка – 3 100 метров. Кажется, перешли какую-то грань неверия в свои силы, неизвестности, сомнений в необходимости всех этих трудностей, от которых так легко было отказаться.

Впереди, за перевалом, новые вершины и ледники. Тамара показывает пути на вершины, рассказывает интересные случаи из истории их покорения. Особенно красив и грозен Аксаут со своими многочисленными вершинами, гребнями и отвесными стенами. За ним виднеются Марух и Кара-кая – это у их подножия стояли насмерть наши бойцы во время Отечественной войны, закрыв путь фашистам через Марухский перевал к морю.

Передохнув на перевальном плато, мы начинаем спуск в долину Аксаута. Девушкам, проваливающимся в рыхлый снег, нелегко шагать, но снег скоро кончается, по льду мы выходим на морену и застываем там от изумления... Перед нами большое стадо туров. Красивые животные будто сознают свою безопасность: не торопясь, пропустив вперед детенышей, они уходят к скальным склонам, и скоро их коричневые фигуры сливаются со скалами и осыпями. Нам повезло – разве только пленниками в зоопарке могли мы увидеть этих стройных, красивых животных.

Вскоре мы вышли на открытый ледник, где видны все трещины, здесь можно идти несвязанными, и мы убираем порядком надоевшие веревки. Чем дальше продвигаемся по леднику, тем больше открывается зеленая долина далеко внизу – с ленточкой реки, лесами и лужайками. Совсем незаметно течение времени, вероятно потому, что беспрерывно меняются впечатления, и все они такие яркие и необычные. Впечатления эти всех нас сплачивают. Немного необычна та постоянная забота, которую мы проявляем друг к другу. Тамара чувствует себя хозяйкой всего прекрасного, что нас окружает, и она щедро одаривает нас всеми этими красотами. Она замечает и показывает нам все: и крошечную альпийскую примулу, прилепившуюся среди камней и льда, и орла в поднебесье, и необычный камень среди груды камней на морене, и цветистую бабочку, летящую над ледниками. Хочется уметь, как она, все видеть и впитывать в себя.

Впереди язык ледника оканчивается глубоким каньоном с отвесными стенами. Пути дальше нет, и мы начинаем карабкаться по крутой каменистой осыпи вверх, на древнюю морену. Вот здесь начинает сказываться усталость, кажется, что подъему не будет конца. Внезапно открывается небольшой альпийский луг и извилистая речка. Это и есть «Зеленая гостиница», которую с нетерпением мы ожидали. Спускаемся на луг и наконец сбрасываем с натруженных плеч рюкзаки. Природа как будто нарочно создала этот уголок для заслуженного отдыха...

После сытного обеда все располагаются позагорать на солнышке. Альпинизм наш теперь закончился до дня восхождения на Большую Марку, а сейчас по хорошей туристской тропе мы спустимся в поселок Рудничный.

День уже перевалил за полдень, солнце не так жжет, и снова наша колонна растягивается по лугам, переползает через речушку по террасе над каньоном. На переправе снова не обходится без комического происшествия: девушка, перепрыгивая с камня на камень, падает и тянет за собой инструктора, который ее подстраховывал, – они по пояс в воде, а кругом всеобщий смех. Но вот мы снова в лесу. Тропинка причудливым серпантином вьется по зарослям; березы сменяются соснами, все громче внизу слышится беспрерывный шум реки – дно долины близко. Как из мешка высыпает наша ватага из леса на серые отмели широкой поймы реки Аксаут. Совсем не чувствуется высокогорья – сосновый лес, березы да рябины, густые малинники и зеленые лужайки, – все это напоминает русский лес, только река да горы над долиной и возвращают к действительности. Идем без тропы по краю леса, по упавшему дереву переправляемся через прозрачную реку Кти-Теберда, еще сотня метров, и среди соснового бора показались бревенчатые полуразрушенные постройки – это Рудничный, поселок горняков, которые старательским образом добывали ценную руду. Потом запасы ее исчерпались, все жители разъехались, и природа постепенно уничтожает следы людей – наступают заросли малины и смородины, разрушаются брошенные постройки, зарастают крапивой и бурьяном бывшие дворы, тропинки и дороги.

Среди сосен, на травке, выбираем каждый по своему вкусу места для палаток и костров – устраиваемся основательно... Чувство у нас такое, как после хорошо сданного экзамена: прилив бодрости и уверенности, желание снова встретиться лицом к лицу с новыми трудностями и опасностями... Складываем один громадный костер из выкорчеванных пней, плавника из реки, бурелома. В наступающей темноте его пламя, поднимающееся выше верхушек сосен, кажется живым существом, рвущимся ввысь, стремящимся оторваться от земли и умчаться в звездные дали, но, не сумев, оно поникает, корчится в муках бессилия и вдруг снова бросается непокоренное в вышину... Мы очарованы этой борьбой. Но вот слышится тихая, сердечная песня, которая как-то сплетается с симфонией огня и света костра во что-то единое. Одна песня сменяет другую; теперь поют все, самозабвенно и душевно, усевшись или улегшись вокруг костра.

Учеба, поход, этот сказочный вечер сплотили, сроднили нас и между собой, и с этой прекрасной горной природой... Постепенно возле костра пустеет, лагерь затихает и погружается в сон. Только сосны изредка зашумят своими ветвями под набежавшим ночным ветерком да река, не умолкая, рассказывает свои вечные истории. Звезды на небе мерцали как светлячки, и через все небо протянулись серебристые космы еле видных облаков. Тепло и душно...

Утро наступает серое и сырое. Облака висят, зацепившись за склоны долины, срывается мелкий, моросящий дождь. Нам не надо торопиться, так как отряд должен сегодня подойти только к подножию вершины. Поэтому не спеша готовим завтрак и никто, кроме дежурных, не вылазит из спальных мешков, многие стараются доспать недоспанное. После вчерашнего трудного дня отдых очень кстати, но сейчас кстати и завтрак... Дымят костры, и дежурные, накрывшись плащами, готовят что-то очень вкусное. Да и что в горах может быть не вкусным? После нелегкого перехода, сидя у костра, с удовольствием съешь любую еду, приправленную дымком и свежим воздухом гор.

Но как ни хорош отдых, а надо идти вперед, к заветной цели, которая сделает нас альпинистами. Сворачиваем палатки, упаковываем рюкзаки и покидаем сосновый бор. Длинной змеей вытягивается колонна по дороге, серпантином поднимающейся среди соснового леса на троговую долину р. Кти-Теберда. Где-то рядом слышен грохот водопада, и неожиданно он открывается перед нами во всей красе. Два мощных каскада, прорезав скальный порог, низвергаются гладкими блестящими струями вниз, с высоты 50 метров. Внизу струя разбивается в пену и потом мчится дальше, оставляя после себя облако мелких брызг, переливающееся всеми цветами радуги. Мелькает мысль – какую электростанцию можно было бы здесь построить! Вскоре дорога выходит из леса в широкую и пологую долину. Вокруг хорошие луга и видны пасущиеся стада. Возле мостика через реку стоит пастуший кош; сторожевые собаки встречают нас лаем. В последних березняках, покореженных зимними лавинами, набираем запас дров и хвороста. Дорога идет вдоль спокойно бегущей речушки, и цветущие лужайки так и манят остановиться. Слева, в боковом ущелье, показывается Большая Марка – скальная, суровая вершина с белыми снегами на одном из склонов. Виден наш завтрашний путь на вершину, по гребню, который теряется в серых, тяжелых облаках. Дождик моросит мелкий и надоедливый, заставляя жалеть о вчерашнем тепле и солнце.

На большом лугу, где речка вьется причудливыми петлями, ставим палатки и разжигаем костры, чтобы сварить обед. Наше отделение с несколькими инструкторами должно идти вперед, в разведку, чтобы подготовить завтра путь для всей колонны. А мы спрятались в палатки, и не хочется выходить из них, мокнуть под дождем, идти куда-то в неизвестность. Да, не всегда в походе светит солнышко...

Тамара подсмеивается над нами: мол, наш энтузиазм заметно тает. Но уверяет нас, что мы не пожалеем, что на нашу долю выпала такая задача. Тормошит и торопит всех Вася, и мы, пообедав, снова одеваем порядком надоевшие рюкзаки и начинаем медленно подниматься по травянистому склону. Скоро лагерь остается далеко внизу. Палатки серебристыми пятнышками рассыпались вдоль ленты речушки. В лагере совсем пусто, только возле костров, нахохлившись, сидят темные фигурки добровольных поваров. А мы без всяких тропок идем все вверх и вверх. Трава кончается, и нас окружает мертвое царство камня. Пробираясь среди глыб, перепрыгивая с камня на камень, мы продвигаемся все ближе к гребням Большой Марки. Облака висят низко над нами, а иногда опускаются и заволакивают нас сплошной пеленой тумана, в которой трудно выбрать и сохранить правильное направление. Наконец, склон становится положе, рядом виднеется снежник, где-то под камнями журчит вода. Решаем здесь остановиться. Строим из камней площадки для палаток, складываем очаг для костра, и постепенно наш бивак приобретает обжитой, уютный вид.

Дождя нет, холодает. Облака начинают опускаться, закрывая все плотной пеленой. Но вот небо голубеет, прорываются сияющие лучи солнца, и перед нами открывается такая картина, что мы ахаем от изумления и восхищения... Все облака спустились вниз, в долины, и застыли там седым, косматым морем, над которым виднеются, как острова какого-то неведомого архипелага, вершины хребтов, окрашенные заходящим солнцем в причудливые краски. Солнце совсем низко, и его лучи, вырываясь из-за Аксаута и Кара-каи, превращают небо из голубого в золотисто-багряное. Царит такая тишина, такой покой, что кажется, будто мы затеряны в безжизненном, пустынном мире... Разве забудешь такие картины?!

Солнце все ниже опускается к гористому горизонту, а из долин ползут сумрачные вечерние тени. Маленький наш костер светит все ярче, пытаясь бороться с надвигающейся темнотой, а мы тянемся к нему, как к единственной опоре и защите! В этой обстановке становится понятным, что значил огонь для наших первобытных предков...

Раннее утро. Погода обещает сегодня немного солнца... Быстро выпиваем по кружке чаю, рассовываем по карманам бутерброды и конфеты на дорогу, забираем веревки, ледорубы и уходим в путь. Поднимаемся по нагромождению каменных глыб, потом по снежной террасе подходим к северному гребню вершин. Он сильно разрушен, и мы напрягаем все внимание, чтобы не свалить камней на тех, кто идет ниже. Без рюкзаков идти легко, и мы быстро оказываемся на гребне. Он достаточно широк и не крут, но налево обрывается отвесами. Связываемся веревками и двигаемся дальше. Видно, обучение, которое мы проходили столько дней, дало свои результаты. Гребень становится уже и круче. Инструкторы организуют страховку, натягивают перила, а мы с интересом осматриваем новые горизонты.

Внизу, на осыпях и снежнике, показалась длинная серо-зеленая цепочка, медленно движущаяся по нашему пути. Это – догоняющий нас отряд.

С надежной страховкой вылезаем на стеночку и по узкому гребню, придерживаясь за перила, идем к вершине. Вот и она, цель наших стремлений. Дальше гребень круто обрывается вниз, весь в причудливых башнях и иглах. Усаживаемся вокруг бетонированного геодезического знака, воздвигнутого неизвестными топографами. Молча смотрим на бесчисленные вершины и горные цепи, на Эльбрус за ними, на зелень долин и суровый мир ледников и скал, и каждый хочет запечатлеть все это в памяти своей на всю жизнь.

Спускаться труднее, надо быть более осторожным и внимательным – мы уже знаем, что несчастья чаще бывают, когда в упоении победы сломя голову торопятся вниз. У нас на всех сложных местах подготовлены перила, и по ним мы спускаемся достаточно быстро. Но вот и все наши товарищи. Масса вопросов:

 – Ну, как? Трудно? Страшно?..

Мы, разведчики, чувствуем себя «на высоте» и с оттенком снисходительности рассказываем обо всем, что ждет их наверху. Наши девчата – Света, Аня, Валя и Галя – наперебой описывают острый гребень, стенку и все то, что увидели с вершины. Колонна идет вверх, а мы спускаемся с гребня к снежнику и по нему скользим к озерам, которые видели с вершины. Они, как два прозрачных ока, смотрят на нас, зовут к себе. Наши ребята не могут утерпеть и, сбросив одежду, кидаются в ледяную воду. Любителям экзотики хочется сфотографироваться на фоне снегов, и они плещутся в воде, пока Света фотографирует их. Интересно отсюда наблюдать, как штурмуют вершину наши товарищи. Они, как муравьи, деловито движутся по гребню, собираются возле препятствий на пути, переползают их, оживленно машут руками, взобравшись на вершину. Как высоко мы были! Что же, прощай наша первая вершина...

Незаметно бежит время, и вот на склоне появляется спускающийся отряд. Оживленно переговариваясь, с шутками и смехом возвращаются победители Большой Марки. Нет отставших, нет усталых – торжество победы дает такой прилив сил, что даже слабые становятся сильными.

Лагерь оживает и гудит, как пчелиный улей. Задымились костры, взялись за работу дежурные повара, сегодня им можно расходовать продукты, не думая о будущем, – поход идет к концу... Все разговоры о только что совершенном восхождении. Впечатления от него неиссякаемы.

В глубокой долине Кти-Теберды солнце рано скрывается за гребень, рано наступает вечер, холодный и сумрачный. Но в палатках тепло и уютно. При свете свечей «бойцы вспоминают минувшие дни», а кое-кто уже расспрашивает, как приехать снова в горы, как сходить еще на какую-нибудь вершину. Трудно угомонить сегодня возбужденный лагерь и заставить его заснуть, долго еще после отбоя слышны приглушенные разговоры в палатках.

Утром поднимаемся, когда становится совсем светло. Но солнце все еще не освещает долину. Всем хочется домой, в лагерь, потому сборы проходят быстрее, чем обычно. Снова отряд выстраивается по отделениям, трогается в путь. Тропинка идет по моренам, между каменными завалами. Там, где каменный хаос совсем непроходим, чьи-то умелые руки выложили из каменных плит ровную дорожку, которая выводит на большой луг, замыкающий долину.

Медленно поднимаемся к перевалу Хутый. Наш путь пересекают многочисленные следы туров, ведущие в долину Теберды. Идти сегодня с почти пустыми рюкзаками приятно. Через два часа мы уже на перевале. С него открывается вид на всю долину Гоначхира, до самого Клухорского перевала. Ленточкой вьется шоссе, причудливо извивается рядом с ним река, темно-зеленые леса перемежаются лугами; прозрачный горный воздух так изменяет расстояния, что кажется рукой подать до самых далеких вершин.

С перевала спустились быстро, и опять мы среди зеленых лугов, покрытых ковром цветов. Вскоре тропа выводит на большую уютную поляну с белоствольными березами, а рядом плавно, почти без шума бежит река – это Русская Поляна, лучшего названия ей и не придумать.

После отдыха мы вступаем в вековой пихтовый и еловый лес. Деревья так высоки и с такой густой кроной, что внизу на тропе стоит полумрак, иногда тропу перегораживает упавший и наполовину сгнивший гигант, через ствол которого не просто перелезть! Последний крутой спуск – и мы на берегу Теберды. Где-то над нами шумит водопад Хутый, но мы не видим его за деревьями. Идем по широкой тропе. По шоссе проносятся автомашины, на пути встречаем туристов: во всем чувствуется близость Домбайской поляны – многолюдного центра альпинизма и туризма на Западном Кавказе.

Последний раз останавливаемся и приводим себя в порядок. Подравниваемся, подтягиваемся и четким шагом направляемся в лагерь. Из листьев папоротника специально для нас выложена зеленая дорожка к арке с надписью: «Привет новому отряду советских альпинистов!» Из репродукторов гремит марш. Встречающие приветствуют нас аплодисментами. Отдаем рапорт начальнику лагеря о благополучном завершении похода и восхождении. Нам дарят цветы, наперебой угощают квасом, фруктами.

Закончен поход, но мы понимаем, что наш путь в горах только начинается, что горы навсегда покорили нас своей величавой красотой. В горах рождается смелый, упорный, мужественный и стойкий человек – альпинист.


Возврат к списку



Пишите нам:
aerogeol@yandex.ru, cess@aerogeologia.ru