Обобщение впечатлений о жизни сотрудников научных станций в устье Колымы в начале XXI в.



Обобщение впечатлений о жизни сотрудников научных станций в устье Колымы в начале XXI в.

Материал нашел и подготовил к публикации Григорий Лучанский

Жилища

В районе мыса Крестовский экспедицией были обнаружены аккуратные строения. «Обойдя небольшой хутор, приближаемся к одному из домов. На нем читаем надпись: «000 ЯР ХАЯ, зарегистрирован в Черском». Рядом исправный ветряк, аккуратно сложены бочки под горючее. Дом свежевыкрашенный, внутри идеальная для здешних мест чистота. Мы невольно останавливаемся в дверях, готовые разуться, но ограничиваемся тщательной очисткой своей обуви. Внутри – заправленные кровати, на полу незамысловатые коврики».

 Снаряжение и оборудование

«…на полке четырехканальная радиостанция «Ангара», стереофонический радиомагнитофон. Среди инструментов – остро заточенные местные промысловые ножи длиною по полметра. На кухне газовая плита, сверкающая чистотой посуда.

Дизельная – настоящий музей. Порядок идеальный, запчасти тщательно вымыты и висят вдоль стен, в ящиках запасы подшипников, слесарный инструмент.

В бане – ванна и стиральная машина. В сарае обнаруживаем лодки, подвесные моторы, самые различные капканы, рыболовные снасти. На улице – детские качели, турники, самодельные баскетбольные кольца. Невольно вспоминаем разруху, царящую в тех местах, где еще живут люди: полярники, охотники, рыбаки – и убеждаемся, что все в первую очередь зависит от людей».

«В одном из сохранившихся домов сейчас расположена полярная станция «Амбарчик» Певекского территориального управления по гидрометеорологии и контролю природной среды. Четыре человека, работающие здесь, полностью оторваны от внешнего мира. Второй месяц как вышел из строя дизель. С надеждой вернуть его к жизни полярники уже распрощались и прочат ему дорогу либо в музей, либо на свалку. На аварийной «Хонде» генератор сгорел еще раньше, так что сообщить по радио о критической ситуации полярники не могут, и никакой другой связи нет. Вся жизнь сейчас теплится вокруг большой печки на кухне».

«Узнав, что наш путь проходит через Певек, начальник станции Василий Осипович Салтыков принимает решение отправить с нами донесение в Чукотгидромет о положении на станции, а также передает целый ящик метеосводок за апрель и май, которые так и не удалось отправить в Певек по радио. Василий Полищук, метеоролог, просит нас дозвониться ему домой и предупредить, что приехать в отпуск он, скорее всего, сможет не раньше осени. Немолодой человек, вынужденный жить на краю земли и годами не встречаться с родными, лишенный возможности даже послать им телеграмму... Нужно было видеть его глаза, когда мы предложили ему свой спутниковый телефон, чтобы он сам позвонил жене прямо отсюда, из Амбарчика... В них стояли слезы».

«…ружья на станции нет».

«За окном монотонно тарахтит трактор – единственный источник энергии в Амбарчике, заряжающий дышащие на ладан аккумуляторные батареи. Трактор не глушится никогда, так как запустить его после остановки механик уже не надеется. А на дворе XXI век...»

 Питание

«Вечером устраиваемся на кухне для совместного ужина. У полярников с продуктами неважно – почти одни консервы, банки с которыми грудой свалены в углу. Правда, есть отличные соленые огурцы и помидоры. А кроме этого – крупы, макароны, мука да какие-то сушеные овощи. Спасает рыбалка, а вот охотой не промышляют, хотя сейчас вся тундра кишит разной живностью».

 Поселок Амбарчик

«От пирсов дорога ведет нас к сооружениям, которые, вероятно, выполняли раньше роль приемников-распределителей вновь прибывающей рабочей силы. И сегодня еще можно представить себе эту нехитрую лагерную инфраструктуру. Все опутано колючей проволокой. Раскисший снег не держит наши машины, которые то и дело проваливаются в глубокие канавы. Водители взмокли от напряжения, пытаясь угадать путь в обход колючей проволоки, покосившихся столбов и другого лагерного наследства.

Сразу за рядами заборов, на небольшом взгорке, начинается кладбище. Здесь хоронили охранников и другой «обслуживающий персонал». На некоторых могилах сохранились таблички. Даты с 1936 года и позже: капитан теплохода, трагически погибшие матросы, четырехмесячный младенец... Заключенных хоронили не здесь. Один из оврагов в ближайших сопках полярники до сих пор называют Кровавым – это большая братская могила. А сколько их по всей тундре? Вряд ли кто-то может дать ответ на этот вопрос.

История Амбарчика богата и другими, более ранними событиями. Дважды, в 1740 и 1741 годах, проходил здесь на восток отряд Д. Лаптева в надежде дойти до Чукотского полуострова, но каждый раз льды заставляли его отступить. В 1909 году в этих местах работала экспедиция Г. Я. Седова. Тогда ожидалось прибытие в устье Колымы пароходов из Владивостока, и партия лейтенанта Седова должна была найти фарватер. На мысе Медвежьем ею были поставлены первые деревянные навигационные знаки.

В начале 1930-х годов здесь работала этнографическая экспедиция под руководством члена комитета народов Севера при Президиуме ВЦИК Карла Яновича Лукса, трагически погибшего в Амбарчике. Ее задачей было выявить специфические особенности жизни и трудовой деятельности населения Колымы. Но в середине 1950-х, с окончанием сталинской эпохи, Амбарчик начал медленно умирать, и сегодня лишь старая метеостанция остается единственным обитаемым местом в этих суровых краях».


Возврат к списку



Пишите нам:
aerogeol@yandex.ru, cess@aerogeologia.ru