Опыт полярных экспедиций на ледоколах «Таймыр» и «Вайгач»



Опыт полярных экспедиций на ледоколах «Таймыр» и «Вайгач»

Материал нашел и подготовил к публикации Григорий Лучанский

О докторе Арнгольде и об этой книге

Доктор Эдуард Егорович Арнгольд, участник гидрографической экспедиции в Северном Ледовитом океане в 1910-1915 гг., плавал на ледоколе «Вайгач» в качестве судового врача. Экспедиция сделала крупное открытие новых земель в Северном Ледовитом океане, а также прошла и обследовала все протяжение Великого северного морского пути, впервые пройдя с востока на запад от Владивостока до Архангельска. На момент выхода книги Арнгольда (1929 г.) об этой экспедиции, кроме нескольких небольших заметок в специальных журналах («Записки по гидрографии», «Морской врач», «Морской сборник» и др.) и брошюры  врача ледокола «Таймыр» Л.Старокадомского (Л. Старокадомский «Открытие новых земель в Северном Ледовитом океане». Издание редакции «Морского сборника». Петроград, 1915 г., 72 стр. + 1 карта),  в русской и  иностранной печати никаких материалов не публиковалось. Подлинные материалы, добытые экспедицией,  хранились в Ярославле.

Доктор Арнгольд аккуратно вел дневник на протяжении всего плавания, ежедневно подробно записывая все, что он слышал, видел и делал во время экспедиции; специальные его обязанности на судне были — лечение и занятия гидробиологией.

 Осенью 1917 года в Петрограде почти все его рукописи погибли, уцелели только: 1) часть дневника за время с 24 июня 1914 г. по 23 августа 1915 г., т. е. за 427 дней плавания в Северном Ледовитом океане, 2) 3 тетради метеорологических наблюдений приблизительно за то же время, 3) 1 тетрадь записей ходового планктона и 4) около 200 фотоснимков. Кроме того сохранились 23 листа черновых конспектов публичных лекций, которые он читал в Ялте, где по возвращении из экспедиции находился на лечении (он был болен туберкулезом и умер в Ялте 28 ноября 1920 г.).

Воспоминаний в виде книги он не писал. Настоящая книжка является обработкой конспектов его лекций, сделанной В. Н. Хомутовым по просьбе М. Н. Арнгольд, вдовы покойного.

Редактор книги М. Боднарский писал в августе 1928 года: «Взявшись за редакцию этой книжки, по предложению Государственного издательства, и выяснив ее происхождение, я обратился с просьбой к М. Н. Арнгольд позволить мне познакомиться с первоисточниками, на что она ответила любезным предоставлением в мое распоряжение всех оставшихся у нее материалов. Вследствие этого я имел возможность проверить представленный мне для редактирования текст и сделать казавшиеся мне целесообразными дополнения, сокращения и поправки. Выпускаемая книжка, таким образом, является до некоторой степени, коллективным трудом: материал и первоначальная обработка, т. е. основа книги, принадлежит всецело самому доктору Э.Е. Арнгольду, предварительное оформление материала в виде книги — В. Н. Хомутову и окончательная отделка и правка — мне».

.  

Характеристика кораблей «Таймыр» и «Вайгач»

Специально для цели экспедиции в апреле 1907 г. на верфи Невского судостроительного завода в Петербурге были заложены два корабля ледокольного типа «Таймыр» и «Вайгач».

«Активная борьба с полярными льдами многолетнего образования при современных технических средствах совершенно невозможна, это доказал опыт с очень мощным ледоколом «Ермак», построенным по проекту покойного адмирала С. О. Макарова. Ледоколы «Таймыр» и «Вайгач» обладали сравнительно не особенно сильной, самого простого устройства, машиной тройного расширения в 1200 сил и могли ломать однометровый лед. Этого было вполне достаточно для прокладывания себе  пути по замерзшим полыньям и трещинам между отдельными ледяными полями, а также ломки льда во вновь замерзших бухтах. Длина каждого ледокола 54 метра, ширина по грузовой ватерлинии 11 метров, углубление на ровный киль 4 метра при водоизмещении всего судна 1200 тонн».

«Скорость хода на свободной и тихой воде до 12 узлов, полный запас угля 500 тонн для перехода в 10000 миль. Корпус судна стальной с усиленной прочности палубами. Поперечными и продольными переборками весь корабль разделен на тридцать пять водонепроницаемых отсеков, не считая двойного дна. Обводы же корпуса корабля сделаны с таким расчетом, чтобы в случае давления льдов судно выпиралось кверху наподобие клина».

«Форштевень сделан из литой стали, срезанный, общеледокольного типа, так что корабль мог взбираться на льдину и своею тяжестью давить под собой лед или разламывать его. Ахтерштевень из такой же стали, приспособленный для ломки льда на заднем ходу. Верхняя палуба стальная, покрытая тиковыми досками; на ней имеются носовая лебедка с подъемной силой в полторы тонны и кормовая в две тонны, служащие как для подъема шлюпок, так и для выбирания различных научных гидрологических приборов с больших глубин, причем кормовая приспособлена также для обслуживания воздушного шара. Все каюты и помещения для жилья изолированы со всех сторон теплонепроницаемыми материалами, а в расстоянии метра от металлического борта поставлена деревянная обшивка из сосновых досок».

«Для предупреждения отпотевания и промерзания пространство между бортом и деревянной обшивкой заполнено рубероидом, копком и слоем воздуха. Верхняя палуба и потолок в этих помещениях, так же как и борт, подшиты сосновым деревом, и пространство между ними заполнено тем же изолирующим материалом. Штурманская рубка и лаборатория экспедиции, находящиеся на верхней палубе, сделаны из тикового дерева с такой же изоляционной обшивкой, как и в жилых помещениях».

«Отопление паровое, причем в каютах устроены отдельные грелки, которые могут быть регулированы, и при желании, вообще выделяться из общей сети. Кроме того, имеется еще камельковое отопление для топки дровами или углем».

«Освещение электрическое от двух динамо-машин, работающих одна паром, а другая от нефтяного двигателя. В случае зимовки для экономии топлива и пиронафта был запас свечей и ламп с особыми горелками, приспособленными для пиронафта и других тяжелых минеральных масел».

«В носовой и кормовой части судна были сделаны два больших трюма для провизии, в которых помещала двухгодовой запас на 50 человек».

«Для сообщения с берегом и на случай аварии на каждом корабле был моторный катер, гребной катер, два вельбота, две двойки, две двухместные и две одноместные байдарки и две ледянки, т. е. шлюпки на санях. Были полозья для всех шлюпок на случай гибели корабля, когда бы пришлось тащить их по льду до берега».

«…корабли были снабжены двумя 47 мм, двумя 37 мм пушками и двумя пулеметами».

 

Экипировка участников экспедиции

«Для всех матросов имелся полный набор теплого платья, состоявший из кухлянок, торбазов, сделанных из оленьих шкур, валенок, полушубков, меховых шапок, трех смен шерстяного егеровского белья, норвежских вязанок и рукавиц. Командный состав обязан был обзаводиться таким же теплым платьем на свой счет».

«Для всего личного состава имелись двух сортов лыжи: одни короткие, широкие, на которых легко ходить, но нельзя развивать большой скорости, и узкие, длинные, так называемые гоночные. Уменье ходить на лыжах было обязательным для всего состава экспедиции».

 

Оснащение экспедиции

«Для производства разных научных исследований и наблюдений на каждом корабле имелось все необходимое: приборы для морской и береговой съемки, для магнитных, астрономических и метеорологических наблюдений, причем для последних имелись также и подъемные змеи для производства наблюдений в высоких слоях атмосферы, химико-бактериологическая лаборатория для производства исследований воды, льда, снега, почвы и воздуха, приборы для измерения глубин, добывания образцов грунта, измерения температуры моря на различных глубинах, определения течений как поверхностных, так и глубинных, для добывания образцов воды с разных глубин, а также разных размеров тралы, драги, планктонные сети для добывания морских животных со дна моря, поверхности и промежуточных слоев. Кроме того, имелись приспособления для собирания геологических, ботанических и зоологических коллекций на берегу. Для охоты на птиц и зверей имелись двуствольные ружья центрального боя, несколько ружей системы «браунинг», маузеры, винчестеры, 3-линейные винтовки кавалерийского образца, обычное вооружение флотских команд, и револьверы системы «наган».

 Организация быта и работы во время дрейфа во льдах

«1 октября разобрали машину, выкачали пресную воду из цистерн, перешли на камельковое отопление и полярную порцию».

«Расписание дня разработали таким образом, чтобы люди были заняты возможно больше времени, так как безделье располагает к тоске, а плохое настроение играет далеко не последнюю роль при возникновении цинги. День наш распределялся следующим образом: побудка в 6½ часов утра, в 7½ чай с хлебом и маслом, затем приноска льда или снега для добывания пресной воды, с 9 часов до 11½ часов судовые работы по специальностям, а с малограмотными - занятия по грамоте, арифметике и другим общеобразовательным предметам. В 12 часов дня обед из двух блюд, а с 1 часа до 2½ - развлечения и игры на воздухе, например: футбол, бокс, беганье на лыжах, катанье на буере и собаках в упряжи. Пока было светло, стреляли из ружей в цель. Футбол у матросов пользовался наибольшей популярностью; даже в самые темные полярные ночи они играли с большим увлеченьем. Каждые 2 недели устраивались состязания на призы, которые состояли из плиток шоколада, печенья или пайка табаку. В 3 часа чай, а с 4 до 6½ офицеры читали лекции по физической и общей географии, русской и военно-морской истории, природоведению, общей гигиене, анатомии и физиологии, физике и химии. В 7 часов - ужин и чай, с 7½ до 9½ для желающих занятия по геометрии, алгебре, электротехнике и новым языкам. В 9 часов ложились спать.

По воскресеньям и праздничным дням устраивались литературные чтения или знакомились с историей полярных путешествий. Кроме того составили небольшой оркестр из балалаек, мандолин и гитар».

Карта Северо-восточного прохода или Великого Северного пути


Возврат к списку



Пишите нам:
aerogeol@yandex.ru, cess@aerogeologia.ru