Опыт организации работы советских станций в Антарктике



Опыт организации работы советских станций в Антарктике

Материал нашел и подготовил к публикации Григорий Лучанский

Цели Международного геофизического года

«Проведение Международного геофизического года предусматривало обширный комплекс научных наблюдений по единой разработанной и согласованной на международных конференциях программе с 1 июля 1957 до конца декабря 1958 г. Однако сложность организации и проведения работ в суровых природных условиях Антарктиды и омывающих ее океанических вод заставила заблаговременно приступить к созданию научной базы на материке и к постановке научных наблюдений. Кроме того, выполнение программы научных исследований в Антарктике вообще планировалось на ряд лет».

 

План по созданию советских антарктических станций

По плану работ намечалось создание трех основных научных станций на Антарктическом континенте и проведение исследований в омывающих материк океанических водах и в его прибрежной зоне со специально снаряженного для этой цели судна.

Планом предусматривалось создание станции – основной базы экспедиции и обсерватории в береговой черте Антарктиды со стороны Индийского океана, которая была почти совершенно не изучена и показана на географической карте пунктиром. Две другие станции нужно было создать во внутренней части материка: первую – в районе южного геомагнитного полюса и вторую – в районе полюса недоступности (точнее, полюса относительной недоступности), т. е. в пункте, наиболее удаленном от морских побережий, где еще не ступала нога человека. Эти две самые труднодоступные точки Антарктиды предстояло штурмовать от основной базы со стороны Индийского океана.

 

Задачи Советской антарктической экспедиции 1955–1957 гг.

Главной задачей Советской антарктической экспедиции 1955– 1957 гг. – Первой советской антарктической экспедиции, как ее стали называть впоследствии, – было строительство основной базы и геофизической обсерватории на побережье Антарктиды. «Место для нее нужно было выбрать в береговой черте между 80 и 105° в. д. Помимо этого ставились задачи общегеографического обследования районов предстоящих работ и организации в обсерватории на побережье стационарных наблюдений по сокращенной программе. После организации береговой базы намечалось выполнить океанографические работы в антарктических водах и других районах Мирового океана».

 

Суда Первой антарктической экспедиции 1955-1957 гг.

Для экспедиции было выделено три судна: два однотипных дизель-электрохода «Обь» и «Лена» и «Рефрижератор № 7». «Дизель-электроходы имели водоизмещение по 12600 г и грузоподъемность по 4500 т. Рефрижератор водоизмещением 2200 т предназначался для доставки на антарктическую береговую базу скоропортящихся продуктов».

 

Состав Первой антарктической экспедиции

Начальником Первой советской антарктической экспедиции был назначен М.М.Сомов, известный полярник, руководивший в 1950–1951 гг. научной дрейфующей станцией «Северный полюс-2». В состав экспедиции вошли научные работники разных специальностей, экипажи судов, летчики, обслуживающий технический персонал, строители. Всего в экспедиции, отправившейся в 1955 г. к берегам Антарктиды, насчитывалось около 350 участников.


М.М.Сомов

«Экспедиция состояла из двух больших частей, или групп, в известной мере как бы самостоятельных экспедиций – морской и материковой. В материковую часть вошли 4 научных отряда: аэрометеорологический, геофизический, географо-геологический и аэрофотосъемочный».


Первая советская антарктическая экспедиция. Авиационная площадка поселка Мирный.

Климат в районах антарктических советских станций

 «Исследовательский отряд под руководством А. М. Гусева (точнее, А. М. Гусев и летчики) установил в месте посадки каркасную полусферическую палатку КАПШ, такую же, какие устанавливались на дрейфующих станциях «Северный полюс» в Арктике (см. главу III) и получили там хорошую апробацию. Пять дней А. М. Гусев с помощью летчиков вел непрерывные наблюдения. Выяснилась удивительно большая разница температур воздуха в Мирном и на ледяном щите. В Мирном температура была –5°, а в месте посадки самолета –45–50°. В толще снега, покрывавшего ледниковый щит, на глубине 2 м температура была еще ниже (–52°). Низкая температура, непрерывный ветер с поземкой и разреженный воздух делали условия для жизни и работы весьма трудными. Теперь можно было наглядно представить себе, насколько суровыми и тяжелыми будут условия труда и быта сотрудников будущих внутриконтинентальных научных станций».

«Зима 1958 г. внутри континента была очень суровой. 22 апреля наступила полярная ночь на станции Советской, а 28 апреля – на станции Восток. 25 августа на станции Восток отметили самую низкую температуру, которая до тех пор у земной поверхности не наблюдалась нигде, –87°,4. На станции Советской в это время было –76°, а на Комсомольской –81°».

Осенью 1958 года  постройки станции Пионерская «не были занесены снегом. Ведь снега здесь выпадает гораздо меньше, чем в краевых частях Антарктиды».

«Февраль, когда шла разгрузка «Оби», считается в Антарктиде летним месяцем, но на Береге Принцессы Астрид средняя температура была всего –8°. Из 28 дней февраля 17 дней господствовали свирепые ураганы и пурга, причем в течение семи дней скорость ветра превышала скорость самолета.

Естественно, что зима была еще более морозной. Ясная, морозная и сравнительно тихая погода сменялась потеплениями, снегопадами и сильными ветрами, часто достигавшими силы урагана. За период зимовки был 141 день со штормом, из них 52 дня с ураганом».

«27 мая на побережье в районе Мирного разразился страшный ураган, скорость ветра превышала 45 м в секунду. В Мирном по воздуху летели доски, куски жести, пустые ящики. «На улице даже на расстоянии одного метра ничего нельзя было различить. Все бурлило в страшном снеговом потоке». В мае и июле были сильные магнитные бури. На 5 дней в первый раз и на 11 дней во второй нарушалась радиосвязь Мирного со станциями в Антарктике и с Москвой. Участники экспедиции были совершенно отрезаны от внешнего мира.

Ураган в конце мая пронесся и над о. Дригальского, где в то время находился исследовательский отряд А. П. Капицы, а также в районе санно-гусеничного поезда «пингвинов», участники которого вели тогда исследования в 147 км от Мирного».

«Летом Антарктида получает гораздо больше солнечного тепла, чем субтропики, из-за продолжительности солнечного сияния (полярный день), безоблачности неба, чистоты и прозрачности атмосферы. Но 80–90% падающих на снежно-ледяную поверхность солнечных лучей отражается и уходит обратно в мировое пространство. И лишь небольшая доля солнечного тепла поглощается снежной поверхностью. Зимой же, во время полярной ночи, ледяной материк практически не получает солнечного тепла и сильно охлаждается. Вот почему при больших, к тому же абсолютных высотах (В Антарктиде на участке Мирный – Пионерская на каждые 100 м поднятия температура понижается в среднем на 1,1°) и разреженности атмосферы так суров, сух и морозен климат внутренних областей Антарктиды. Чем дальше внутрь Антарктиды, тем реже туда заходят циклоны, приносящие тепло и осадки. Центральная часть Антарктиды – единственная область на Земле, куда в полярную ночь почти не поступает тепло. Оно не приходит на поверхность ледяного щита не только от Солнца и снизу, из недр Земли (препятствием служит мощный слой льда), но его почти не приносят и воздушные потоки с океанов».

На станции Восток зарегистрированы абсолютные минимумы температуры у поверхности земного шара –87,4° (25 августа 1958 г.) и –88,3° (24 августа 1960 г.). В августе 1958 г., когда на станции Восток наблюдалась температура –87,4°, на станции Советской была отмечена температура –86,8°, разница всего в 0,6°. В следующем году станцию Советская закрыли, и рекордно низкую температуру на станции Восток (–88.3°) сравнить уже не с чем. Но при одновременной работе обе станции конкурировали между собой своими жестокими морозами».

«Полюс холода – это пятый полюс, находящийся в Антарктиде (географический, магнитный, геомагнитный, недоступности, холода – три последних достигли и открыли советские исследователи!). Но в Антарктиде выделяют еще один – шестой полюс. Это полюс ветров. В центральных районах материка в течение года сильные ветры не наблюдаются (на станции Восток скорость ветра почти всегда колеблется в пределах 3–7 м в секунду), но в прибрежной зоне ветры часто достигают ураганной скорости. Мировой полюс ветра находится в Восточной Антарктиде, но вне сектора основных работ советских экспедиций, восточнее него, на Земле Адели, в районе французской станции Дюмон-Дюрвиль. 22 февраля 1951 г. среднесуточная скорость ветра составила там 45 м в секунду, а отдельные порывы достигали 90 м в секунду! Однако если район станции Дюмон-Дюрвиль, расположенной в устье долины, по которой из внутренней части материка мчатся стоковые ветры, можно считать мировым полюсом ветра, то все побережье от Земли Эндерби до Земли Адели, где расположены наши обсерватории и станции Мирный, Молодежная, прежняя станция Оазис, является берегом бурь; здесь ветры часто достигают ураганной скорости. Ветер, превышающий 15 м в секунду, принято считать штормом. В Мирном и на австралийской станции Моусон в зимние месяцы они почти ежедневны. В 1956 г. на береговых станциях Антарктиды была отмечена наибольшая среднемесячная скорость ветра в Мирном».

«В береговой и центральной частях Антарктиды наблюдаются явления миражей. Вследствие сильного охлаждения нижнего слоя воздуха и быстрого падения плотности воздуха кверху наблюдается так называемый верхний мираж. Предметы, находящиеся у горизонта, кажутся отраженными вверх в перевернутом виде.

В Восточной Антарктиде выделяют (В. А. Бугаев, Л. Д. Долгушин и др.) три природные, в основе климатические зоны:

1. Высокое антарктическое плато, или центральная зона, с необычайно суровым климатом, нигде более не встречающимся на Земле. Атмосферные осадки выпадают там в виде столбиков и пластинок, представляющих собой ледяные кристаллы, называемые атмосферным льдом. Они-то и дают тот рыхлый, сыпучий снег, который для транспорта не лучше, чем перевеваемый ветром песок в пустыне. 2. Антарктический склон, или зона стоковых ветров, славящаяся сильными ветрами, которые дуют от материка к побережью. Зимой и даже летом здесь почти постоянно бывают метели (зимой – 25–29 дней в месяц, летом – 15–20). 3. Антарктическое побережье со сравнительно спокойным и теплым летом и мощными зимними ураганами. Выделяют еще четвертую внешнюю океаническую зону шириной 20–30 км, но она находится уже за пределами материка. На льду припая зимой здесь скапливается громадное количество снега, так как в этой зоне затухают стоковые ветры, которые выносят снег из прибрежной зоны. Все эти зоны различны не только по климату, но и по рельефу снежно-ледяной поверхности, характеру снежного и ледникового покрова и другим природным особенностям».

 

Природное явление «белая мгла»

Советским исследователям неоднократно приходилось сталкиваться в Антарктиде со своеобразным оптическим эффектом, получившим название «белая тьма» или «белая мгла». Рассеянный облаками поток солнечного света, попадая на поверхность снега, подвергается многократному отражению между снегом и облаками. При определенном соотношении плотности облачного слоя и интенсивности освещения яркость снежной поверхности, атмосферы и облаков воспринимается глазом одинаково, что и создает явление «белой мглы». Кругом ощущается лишь светящееся ровным молочно-белым светом пространство и не видно никаких предметов, служащих ориентирами. Все как бы растворяется в потоке яркого молочного света. «Белая мгла» очень опасна для самолетов, особенно в момент, когда надо совершить посадку. Она может сбить с пути и привести к опасному обрыву водителя наземного транспорта и неприятна для пешехода, у которого создается впечатление, что он идет по «невидимой» поверхности. Человек спотыкается и часто падает даже на небольших неровностях».

 

Влияние холода на технику и организм человека

 «Зимовщикам станций Восток, Советская и Комсомольская, расположенных в центральной части Антарктиды на абсолютной высоте около 3500 м, приходилось работать в условиях таких низких температур, о которых люди прежде не имели никакого представления. В полярную ночь температура на этих станциях падала ниже –80°. Что это за температура, трудно себе даже представить! Керосин при таком морозе режется как холодец, соляр превращается в такую густую массу, что практически она уже теряет свойство текучести, а для того чтобы зажечь спички, их надо сперва отогреть. Металл становится очень хрупким. Резиновые шланги и изоляция проводов лопаются от малейшего перегиба. Бензин при температуре –85° совершенно не испаряется: в ведре с бензином можно гасить горящий факел. От сильных морозов у людей лопалась эмаль на зубах, были случаи обморожения легких и роговицы глаз».

 

Защита от холода

«На станции Восток, в этом полюсе холода Земли, продолжались и продолжаются регулярные наблюдения. Для работы на открытом воздухе зимовщики станции пользуются специальной климатической одеждой с электрообогревом вдыхаемого воздуха».

 

Изучение территорий, окружающих Мирный

«Научные сотрудники экспедиции путем астрономических наблюдений определили точные координаты нескольких пунктов, на которых будут базироваться съемочно-картографические работы, и поставили навигационные знаки на побережье и островах. С воздуха были обследованы море Дейвиса, ледники Шеклтона и Западный.

На ближайших к поселку Мирный островах и побережье зоологи встретили большие колонии императорских пингвинов и редкие экземпляры тюленей. Следует отметить, что, лишь только было выбрано место для строительства Мирного, многочисленная колония пингвинов Адели, занимающая летом многие соседние острова, была объявлена заповедной. Это правило охраны было распространено затем и на колонию императорских пингвинов, зимующих на ледяном припае вблизи Мирного. Можно было изучать жизнь пингвинов, но никому не разрешалось уничтожать их».

Во время санного похода в апреле 1956 года «несмотря на тяжелые условия, на кратковременных остановках велись научные исследования: регулярно делались метеорологические наблюдения, производились наблюдения земного магнетизма, изучался снежный покров. В ряде пунктов сейсмическим методом была определена толщина льда. Она достигала более 2 км, а местами коренные породы лежали ниже уровня океана».

«В октябре – декабре 1956 г. было обследовано еще два оазиса, расположенных по краям сектора исследований советской экспедиции – оазисы Грирсон и Вестфолл».

 

Санные походы

«В середине марта 1956 г. был предпринят рекогносцировочный поход на двух легких вездеходах ГАЗ-47 к югу от Мирного на расстояние 50 км. В последующие годы пройденный 50-километровый отрезок служил основным профилем для гляциологических исследований в прибрежной зоне материка.

В начале апреля 1956 г. из Мирного в глубь материка отправился санно-тракторный поезд. Поход возглавлял начальник экспедиции М. М. Сомов. Один из участников этого похода, А. М. Гусев, пишет: «Надолго... останется в памяти картина: ночь, ветер бушует над ледяной пустыней, поднятый снег несется сплошной стеной и космами взметается над застругами. В вихрях снега едва различимы неясные контуры трактора и тяжелых саней. Два мутных светлых пятна фар движутся во тьме ночи, и слышен натруженный гул моторов, а впереди трактора в слабом свете фар видны две связанные веревкой человеческие фигуры с ледорубами в руках – они круто нагнулись навстречу ветру и упорно шагают в неизвестность».

Из-за трудных условий пути поезд продвигался медленно. Сначала крутой подъем, рыхлый снег. Затем высокие жесткие заструги, пурга. Если поезд останавливался на несколько дней, тракторы и сани заметало снегом. После длительных остановок с трудом откапывали поезд. Приведем выдержку из записей другого участника похода – А. П. Капицы:

«Утром 12 апреля бушевала пурга. Поезд остановился, и огромные сугробы быстро нагромоздились вокруг балков (Балок – кабина на санях). Между ними пришлось натянуть веревки – леера; ходили, только держась за них, иначе легко было потеряться. Сугробы к концу второго дня сровнялись с верхом грузовых саней.

Третий день ревет пурга. Когда выходишь на улицу, повернуться против ветра почти невозможно. В рот и в нос набивается снег, мгновенно обмораживается лицо, ветер достигает 24 м в секунду, мороз 40°.

До 17 апреля пурга ревела, не ослабевая... Наш поезд совсем похоронен под снегом, вровень с поверхностью заметены грузовые сани, а на крышу кухни можно спокойно входить по пологому склону сугроба...».

«Поход санно-тракторного поезда был задуман на расстояние 400 км. Однако уже в первой половине пути стало ясно, что пройти это расстояние с возвращением в Мирный не удастся: не хватит горючего. Было решено не возвращаться обратно, а продвинуться как можно дальше на юг и превратить поезд во внутриконтинентальную научную станцию.

Через 20 дней после начала похода, когда поезд проходил 215-й километр своего пути, из Мирного прибыли два самолета, они доставили продовольствие и агрегат для зарядки аккумуляторов. На одном из этих самолетов в Мирный вернулся М. М. Сомов, дальнейший поход возглавил А. М. Гусев.

Поезд продолжал медленно продвигаться на юг. Наступил май, уже зимний месяц. Температура воздуха опускалась до –50, –60°. Короче становились дни, близилась полярная ночь.

К 4 мая поезд продвинулся на 375 км от Мирного».

«Дня через два (25 декабря 1957 г.) из Мирного вышел первый поезд Третьей экспедиции. «Он представлял внушительное зрелище: десять мощных тягачей, каждый с двумя санями на прицепе. Груз – в основном горючее. Подготовка поезда, которая включала постройку и оборудование жилых и служебных балков, заняла всего 35 дней».

«На поезде в глубь ледяного материка из Мирного отправились 32 человека во главе с инженером А. Ф. Николаевым. 2 января 1958 г. поезд достиг станции Пионерская, а 17 января прибыл на станцию Комсомольскую. Оттуда в конце января он совершил маршрут (в составе семи тягачей и семи саней) на станцию Восток с целью доставки туда различных грузов. К этому времени при помощи самолетов была произведена смена личного состава внутриконтинентальных станций. С Востока поезд вернулся на станцию Комсомольскую.

3 февраля 1958 г. поезд из восьми тягачей под руководством А. Ф. Николаева вышел с Комсомольской в сторону полюса относительной недоступности для создания станции Советской. Преодолев 540 км, 10 февраля 1958 г. поезд остановился в точке 78°24' ю. ш. и 87°35' в. д. Здесь на абсолютной высоте около 3650 м была создана внутриконтинентальная станция Советская. Оставив на зимовку 5 человек, поезд из тягачей без груза вышел в Мирный, куда прибыл 5 марта. В общей сумме он прошел расстояние около 4000 км».

Поход в январе 1958 года. «Хотя это был уже далеко не первый поход советских исследователей в глубь континента, но и он проходил отнюдь не совсем гладко, а условия работы были тяжелыми. Сталь от мороза становилась хрупкой, рвалось прицепное приспособление саней, которое приходилось исправлять на ветру и морозе, несколько раз останавливались для укрепления при штормовом ветре стальной мачты буровой установки. Ночью тягачи и сани заносило снегом, с трудом их откапывали и стаскивали с места.

Картина благополучного продвижения выглядела следующим образом: «Тягачи и сани подпрыгивают на застругах, как на железных зубьях перевернутой гигантской бороны. Зловеще содрогается стальная мачта, кружки и кастрюли носятся по полу домика, теплые меховые костюмы и шапки едва спасают от синяков на теле. Но мы все идем и идем вперед...».

 Поход весной 1958 года. «В начале похода было решено разделиться на две партии. Первая партия отправилась из Мирного в конце сентября на «пингвинах». Начальником похода назначили Г. Ф. Бурханова, руководителем научных работ – X. Я. Закиева.

На первых этапах пути и на подходе к станции Пионерской приходилось останавливаться для ремонтных работ, так как на морозе рвались сцепные приспособления. 10 октября поезд пришел к станции Пионерской. Зимовщики здесь жили по-прежнему под снегом».

«Часть походной колонны из Пионерской возвращается в Мирный, остальные вездеходы 16 октября отправляются дальше, к станции Комсомольской.

Огромные снежные надувы до 2–3 м высотой и заструги преграждают путь поезду. При рывках выходят из строя сцепные приспособления. Металл «устает», но люди работают без устали, отвоевывая метр за метром пути и очень медленно продвигаясь в рыхлом снегу. За двое суток прошли всего 6 км. Поезд накрывает вуаль из белесой мглы, видимость почти исчезает. На стоянках тягачи, сани и домик буровой установки заносит снегом.

В конце октября поезд вновь попадает в район рыхлого сыпучего снега. Делают вынужденную остановку на 705-м километре. «Все устали. Видимо, сказывается высота (около 3500 метров!) и большая физическая нагрузка. Хорошо хоть ветер угомонился, исчезли метели и поземки. Небо ясное, с темно-фиолетовым оттенком. Небосклон покрыт тончайшей пленкой перистых облаков. Температура воздуха по-прежнему минус 50 градусов». Пройдя 870 км, трудных, напряженных, 2 ноября прибыли на станцию Комсомольская.

23 октября из Мирного к станции Комсомольской вышла вторая партия похода. Второй санно-гусеничный поезд, состоявший из 6 гусеничных тягачей, «пингвина», саней с грузом и 4 жилых домиков на санях, вел А. Ф. Николаев».

«Поезд подошел к станции Комсомольской 12 ноября.

На станции Комсомольская оба поезда переформировали. Разделили тягачи, питание, горючее и запасные части между двумя группами. Одна группа с тягачами «пингвины» под руководством Г. Ф. Бурханова пошла на станцию Восток, чтобы доставить туда горючее и необходимые на следующий год зимовки другие грузы. Вторая группа на тяжелых тягачах пошла к станции Советской. Сюда присоединилась и основная часть научной группы, прибывшей на Комсомольскую на «пингвинах». Руководителем этого поезда был А. Ф. Николаев. Поезд тронулся в путь 20 ноября.

Сначала он шел легко, но вскоре попал в зону рыхлого сыпучего снега, где тягачи двигались с трудом, оставляя колеи до 1 м глубиной. Валы снега громоздились перед водилом саней. На большой высоте при недостатке кислорода было трудно тяжелым молотом выбивать «пальцы», когда они ломались в гусеницах. 29 ноября поезд прибыл на станцию Советская».

«В середине января 1959 г. был совершен пробный испытательный переход трех «харьковчанок» с гружеными санями на 75 км в глубь материка от Мирного. Он показал хорошую проходимость новых снегоходов и позволил заблаговременно устранить некоторые недостатки. Менее чем через месяц, 10 февраля, три снегохода с санями на буксире вышли из Мирного на станцию Комсомольская. В походе участвовал магнитолог Н. Д. Медведев, выполнявший по маршруту детальные магнитные наблюдения. На станции Комсомольская, куда поезд пришел за 17 суток, машины были законсервированы до весны, а участники похода на самолетах вернулись в Мирный. Этот перегон снегоходов «харьковчанка» на станцию Комсомольскую помог экспедиции хорошо подготовиться к походу на Южный полюс».

«Несмотря на весенне-летнее время (поход 1959 г.), и на этом этапе пришлось преодолеть большие трудности, связанные с крайне неблагоприятной метеорологической обстановкой на отдельных участках пути. Отсутствие видимости, метели при сорокаградусных морозах препятствовали продвижению поезда, который простоял в общей сложности около месяца. Лишь в ноябре наступило некоторое улучшение погоды и поезд стал регулярно продвигаться. 13 декабря в 760 км от Мирного и не доходя 110 км до Комсомольской произошла авария с одним из вездеходов, что сильно задержало продвижение поезда. Лишь 31 декабря он прибыл на станцию Комсомольскую. Весенне-летний этап похода «пингвинов» продолжался 109 дней, из которых лишь 45 были рабочими».

«Поход «пингвинов» имел целью геодезическую нивелировку ледяного купола от побережья в глубь материка. Осенне-зимний этап этого похода (9 апреля – 25 июня 1959 г.) проходил в очень неблагоприятных условиях погоды, при почти постоянной пурге, сильных ветрах и морозах до –40° и ниже. Чтобы во время метелей вездеходы и прицепы на стоянках не заносило снегом, приходилось непрерывно переходить с места на место. В начале июня при морозе около –40° скорость ветра достигала 30 м в секунду. 51 день из 78 дней похода поезд не имел возможности двигаться из-за пурги, метелей и отсутствия видимости».

 

Транспорт Первой и Третьей экспедиций

«Транспортная техника Третьей экспедиции была более совершенна в сравнении с техникой двух первых экспедиций. Сотрудники Первой экспедиции шли в глубь ледяной пустыни на тракторах. Вторая экспедиция получила в свое распоряжение гусеничные тягачи и специальные сани. Но у тех и других были недостаточно широкие гусеницы и полозья. Водила саней, в которые «впрягали» тягач, были слабыми и на крутых поворотах ломались. На больших высотах во внутренней части материка недостаток кислорода вызывал неполное сгорание топлива тягачей, резкое падение их мощности, что увеличивало расход горючего.

Машины и сани Третьей экспедиции уже не имели этих недостатков. Они были снабжены широкими гусеницами и полозьями, моторы тягачей имели турбокомпрессоры для нагнетания воздуха. Кабины стали просторнее и удобнее, они хорошо отапливались и вентилировались. Тягачи и сани легко шли по рыхлому снегу, расход горючего сократился».

«Кроме тяжелых тягачей Третья экспедиция имела более легкие машины-вездеходы, получившие название «пингвинов».

 

Оснащение Четвертой экспедиции

«Четвертая советская антарктическая экспедиция была оснащена лучше предыдущих. Она имела такую научную аппаратуру, приборы и оборудование, которых не было у ее предшественников, например, радиолокатор для наблюдений за полярными сияниями, быстродействующие магнитографы, новейшую аппаратуру для изучения морских вод и льда. Для внутриконтинентальных походов в ее распоряжении были специально сконструированные новые мощные снегоходы «харьковчанка», кузов которых имел герметически закрывающиеся помещения, оснащенные новейшим оборудованием. Они могли буксировать тяжело нагруженные сани в условиях разреженного воздуха и низких температур. Единственным их существенным недостатком был большой расход горючего».


Снегоходы "Харьковчанка" в походе на Южный полюс (снимок сделан на ледяном плато между ст.Восток и Южным полюсом). Фото А.Капицы

Использование авиации для исследовательских и научных целей

«В конце февраля (1958 г.) был совершен еще один полет в район полюса относительной недоступности. Во время этого полета в глубь материка пролетали над районом, где американские летчики в 1947 г. якобы обнаружили горы. Но гор здесь не оказалось, по-видимому, американцы ошиблись».

«23 декабря 1957 г. туда (в район станции Советская) был совершен разведывательный полет на самолете ИЛ-12 с руководителями экспедиции и некоторых ее отрядов на борту. Самолет сделал круг над полюсом недоступности и повернул на север. В районе 77°48' ю. ш., 66°10' в. д. – 77°28' ю. ш., 66°05' в. д. было замечено резкое изменение характера поверхности льда. Ровная однообразная поверхность сменилась бугристой с куполами и беспорядочно идущими трещинами. Предположили, что под материковым льдом здесь скрыта горная страна и ее вершины близко подходят к поверхности льда».

«Весной 1958 г. был организован сложный поход к полюсу относительной недоступности, отстоящему от Мирного на 2100 км. Участники экспедиции летали туда на самолете, но без посадки. Нога человека еще не ступала на этом последнем непокоренном полюсе Земли».

«Интересен по географическим результатам был полет на станцию Лазарев, совершенный сотрудниками экспедиции в октябре 1959 г. Кроме экипажа самолета в полете участвовали начальник экспедиции А. Г. Дралкин, начальники двух отрядов, аэрофотосъемщик и переводчик. Целью полета было установить воздушную связь между Мирным и станцией Лазарев. Предполагалось также выполнить со станции Лазарев несколько полетов в глубь материка, чтобы еще раз разведать дорогу для наземного транспорта. Совершив посадки на станциях Моусон (австралийская) и Король Бодуэн (бельгийская), 19 октября самолет прибыл на станцию Лазарев».

 

Научная деятельность

«В январе 1958 г. на них был совершен опытный поход на станцию Пионерскую, а в марте туда же на «пингвинах» снарядили в поход сейсмолого-гляциологический отряд. Начальником похода назначили инженера-конструктора «пингвинов» Г. Ф. Бурханова, а научным руководителем был географ-гляциолог X. Я. Закиев. В задачи похода входило изучение температурного режима снежной и ледяной толщи, физических особенностей снега, а также испытание новой установки для бурения скважин в снегу и отработка методики сейсмоакустических измерений».

Во время похода весной 1958 года «по всему маршруту предстояло исследовать подледное ложе материка, измерить толщину снега и льда, изучить их физические особенности. Нужно было выполнить также геомагнитные, гравиметрические и метеорологические наблюдения. Далее предстояло создать внутриконтинентальную научно-исследовательскую станцию, провести там хотя и кратковременные, но стационарные наблюдения».

В окрестностях станции Пионерская участники похода берут образцы снега. «Работать приходится при температуре ниже 50 градусов и на сильном ветру. Руки и лицо коченеют, но зато собраны хорошие образцы снега и фирна».

Во время осеннего похода 1958 года «сейсморазведчики измеряли мощность ледникового щита между станциями Пионерская и Комсомольская. Гляциологи проводили наблюдения за температурным режимом в глубине снежно-фирновой толщи, анализировали форму кристаллов снега».

«На станции Лазарев велись регулярные метеорологические, актинометрические и магнитные наблюдения, выпускались радиозонды, изучалось накопление снега, строение его верхней толщи. На глубину 37 м термобуром во льду протаяли скважину, в которой велись наблюдения над температурой льда».

«В мае на о. Дригальского вылетела группа из нескольких гляциологов и магнитолога. Старшим группы был А. П. Капица. За 35 дней, несмотря на частые пургу, метели и ураганы, они провели важные гляциологические, магнитометрические, гравиметрические, метеорологические исследования. Сейсмическим методом измерили толщину ледяного купола о. Дригальского, получили его разрез от центра до западного берега. Подледное ложе острова оказалось на 60–100 м ниже уровня океана. Температуры льда на различных горизонтах измерялись в 43-метровой скважине, сделанной электрическим термобуром».

Во время осенне-зимнего похода 1959 года, несмотря на метели и пурги, «участники похода выполнили 56 комплексных геодезических станций, а также большую серию метеорологических, гляциологических и общегеографических наблюдений.

На весенне-летнем этапе похода «пингвинов» (14 сентября – 31 декабря) нивелировка ледяного купола была продолжена в направлении бывшей станции Пионерской и к станции Комсомольской».

«Участники  выполнили наблюдения на 203 комплексных научных станциях. Был завершен геодезический ход протяженностью 870 км. Все геодезические работы на станции Комсомольская были полностью закончены 5 января 1960 г. Из-за позднего времени участникам похода не удалось продолжить геодезический ход до станции Восток, так как нужно было готовиться к отъезду на Родину.

В результате похода «пингвинов» впервые методом геодезического нивелирования были определены абсолютные высоты станций Пионерская, Восток-1 и Комсомольская, что имело большое значение для обработки и интерпретации всех выполненных ранее на этих станциях наблюдений. Кроме того, новые данные об абсолютных высотах по проделанному маршруту дали возможность уточнить результаты высотных определений, выполненных ранее на обширных пространствах главным образом методом значительно менее точного аэрологического нивелирования (с самолетов). Точные определения высот необходимы и для вычисления толщины ледника по гравиметрическим измерениям».

«На основании данных измерения температур в снежных скважинах на глубине 15 м (глубина затухания средних многолетних колебаний) определена возможность существования в Антарктиде, на плато Советском, температурных минимумов до –95 –100°».

Изучение шельфовых ледников

«11 марта 1959 г., на следующий день после открытия станции Лазарев, «Обь» вышла в океан, держа курс на южную оконечность Африки. На борту «Оби» находился ледово-гидрологический отряд, который во время рейса выполнял гидрологические и ледовые наблюдения. Руководил отрядом В. X. Буйницкий, изучавший шельфовые ледники. От берега Антарктиды до Африки по меридиану 20° в. д. был выполнен океанографический разрез из 15 глубоководных станций. На «Оби» вернулся на Родину и геологический отряд».

 «Обнаружили, что край шельфового ледника Лазарева интенсивно разрушается: от ледяного барьера откалывались большие куски льда, превращавшиеся в айсберги. Расположение станции в 1,5 км от края шельфового ледника оказалось небезопасным».

 

Изучение стоковых ветров

«Ветер, дующий из внутренних пространств ледяного панциря к океану, называют ледниковым, или стоковым. Над океаном недалеко от побережья он затухает. Нижние холодные и плотные слои воздуха, охлажденные над ледяным щитом Антарктиды, под действием силы тяжести стекают подобно слою воды по покатому склону ледникового щита. Это отекание воздуха захватывает толщу атмосферы в 100–200 м от поверхности льда. По мере продвижения к побережью воздух движется все быстрее и быстрее, нередко достигая у самого берега силы урагана. Когда стекший охлажденный воздух весь замещается более теплым воздухом из лежащего выше слоя атмосферы, стоковый ветер затихает.

Для изучения стоковых ветров были организованы наблюдения на четырех временных выносных станциях (ВВС) в зоне побережья Антарктиды. Одна из них была создана в 25 км от берега на пути к станции Пионерской, другая – в 10 км, третья – вблизи берега, четвертая – на ледяном припае в море Дейвиса в 14 км от берега. Эти станции действовали одновременно, в августе. Наблюдателям пришлось здесь жить в палатках в самую суровую пору года».

 

Условия жизни на станции «Мирный»

«Зимой существенно изменились условия обитания в Мирном. Начиная с апреля из внутренних частей материка на побережье почти непрерывно дул сильный ветер. Жилые дома и другие строения вскоре занесло снегом, и выходить наружу можно было только через лазы в крышах».

 

Строительство станции «Пионерская» и условия жизни на ней

«Здесь на высоком ледяном плато (в 375 км от Мирного) было решено создать научную станцию. В тот же день самолет АН-2 доставил из Мирного продукты, строительные материалы и плотника. Строительство станции и ее оборудование продолжались до конца мая.

27 мая 1956 г. состоялось официальное открытие станции, которую назвали «Пионерская». Это была первая в Антарктиде внутриматериковая научная станция. «С ее открытием начался важный этап в истории исследования шестого континента. Впервые люди решились зимовать в глубине континента на высоте 2700 метров над уровнем моря».

Станция Пионерская была первой промежуточной станцией на пути к будущим внутриматериковым станциям, которые предстояло организовать в 1,5 тыс. км от побережья, в самом сердце Антарктиды.

На станции оборудовали метеорологическую и снегомерную площадки, пробурили 16-метровую скважину для изучения термики верхнего слоя ледяного панциря материка и установили приборы для различных научных наблюдений».

 «С 25 мая солнце уже не поднималось над горизонтом. Наступившая полярная ночь длилась до 20 июля. Темнота и постоянная непогода мешали самолетам прилетать на станцию и снабжать ее всем необходимым. Последний прорвавшийся на станцию самолет (7 июня) доставил радиста и гляциолога и вывез в Мирный участников санно-тракторного похода и строителей станции. На зимовку остались начальник станции, он же метеоролог, А. М. Гусев, географ-гляциолог Л. Д. Долгушин, кроме них еще радиотехник и тракторист-механик. Почти на полгода зимовщики научной станции в ледяной пустыне были отрезаны от внешнего мира, связь с ними поддерживалась лишь по радио.

Во время полярной ночи зимовщикам пришлось выдержать серьезные испытания. Средняя температура всех зимних месяцев оказалась ниже наблюдавшейся до тех пор где-либо на земном шаре. В отдельные дни июля температура падала до –64°, что было ниже зарегистрированного к тому времени абсолютного минимума (минимум –61,1° был отмечен в 1934 г. Р. Бэрдом во время его зимовки в глубине шельфового ледника Росса). 20 августа А. М. Гусев наблюдал минимальную температуру воздуха –66,7°, а поверхности снега –67,6°. Столь низкие температуры до тех пор отмечались только в Восточной Сибири, в районе Верхоянска, но, как правило, во время штиля. Здесь же господствовали сильные ветры и метели. Влажность воздуха была очень низкой. Ощущался недостаток кислорода из-за разреженности воздуха на значительной абсолютной высоте.

17 ноября 1956 г. из Мирного самолетом на станцию Пионерская была доставлена новая смена (начальник ее – метеоролог Н. П. Русин), а прежний состав зимовщиков этим же самолетом вылетел в Мирный».

«Интересно выглядела станция Пионерская, куда после утомительного пути и трудной работы в ледяной пустыне прибыли исследователи. Она вся была занесена снегом, и начальник станции выбежал навстречу «пингвинам», боясь, чтобы они не раздавили засыпанные снегом домики зимовки. «По крутой лестнице спускаемся в подснежье. Люди живут на глубине восьми метров. Лестница приводит в тамбур, соединяющий два домика. Один из них служит жильем, помещением для радиостанции и кабинетом для научной работы. Во втором – кухня, столовая и библиотека. От тамбура идет несколько туннелей к различным павильонам, где в снежных нишах расположены приборы... В одной из снежных пещер жужжит мотор, дающий электроэнергию «пионерам».

Участники похода на «пингвинах» расположились в 2 км от станции, устроив свой поселок Малая Пионерская. И однажды, отправившись на тягаче на станцию, они на этих двух километрах заблудились в пурге».

 

Строительство станции «Оазис»

«В сентябре 1956 г., т. е. в конце зимы, коллектив экспедиции, базировавшийся в поселке Мирный, приступил к созданию небольшой постоянной научной станции в оазисе Бангера. Место для станции было выбрано в центре оазиса, на берегу оз. Фигурного (66°16' ю. ш., 100°45' в. д.). Летчики перебросили в оазис палатки, строительные материалы, небольшой трактор, радиостанцию, научное оборудование, топливо (газ), продовольствие. Были доставлены два легких разборных домика ПДШ, применяемых на дрейфующих станциях «Северный полюс» в Центральной Арктике (см. гл. III). Домики быстро собрали и для защиты их от ураганов с наветренной стороны почти до половины завалили камнями, а крыши укрепили поперечными бандажами из тросов. Третья советская станция в Антарктиде – Оазис – была открыта 15 октября 1956 г.».

 

Создание станции «Советская»

 «22 декабря 1957 г. к кромке Припая возле Мирного подошел теплоход «Кооперация». Он доставил остальных участников Третьей экспедиции, а в январе – феврале 1958 г. двумя рейсами вывез из Антарктиды зимовщиков Второй экспедиции.

Наиболее сложным и ответственным этапом работы Третьей советской антарктической экспедиции было создание станции Советская и проведение стационарных наблюдений на полюсе относительной недоступности».

 

Организация жизни на станции «Лазарев»

«На станции Лазарев на длительную зимовку осталось 7 человек во главе с географом Ю. А. Кручининым. Им предстояло собрать первые сведения о природе этой части побережья Антарктиды, столь сурово встретившей советских исследователей.

Уже к моменту открытия станции Лазарев домики этого нового советского антарктического поселка почти до крыш были занесены снегом, так как на побережье свирепствовала пурга. Все строения станции соединили между собой крытыми переходами, чтобы в пургу зимовщики могли не выходить на мороз и ветер».

«Строения станции совсем занесло снегом. Выходить наружу можно было только через верхние люки».

«Весной зимовщики начали совершать экскурсии в окрестностях станции».

«В 9 км к юго-востоку от станции создали запасную базу – палатку с аварийным снаряжением и продуктами».

«Существование станции Лазарев на краю шельфового ледника было связано с известным риском. Беспокойство за эту станцию усилилось после того, когда измерением глубин в заливах шельфового ледника Лазарев было установлено, что ледник под станцией находится на плаву и что в районе станции простирается желоб с глубинами свыше 700 м. Зимовщики на станции Лазарев замечали, что шельфовый ледник вместе со станцией колеблется под влиянием приливо-отливных движений и океанской зыби. Часть ледника могла отколоться и уплыть – такие явления наблюдались на разных участках побережья Антарктиды. Было решено перенести станцию Лазарев на новое, безопасное место. Но по существу пришлось создавать новую станцию, так как строения станции Лазарев занесло снегом и они вмерзли в лед, откапывать и разбирать их не имело смысла. Новую станцию решено было строить в оазисе Ширмахера».

 

Создание станции «Новолазаревская»

«Во время Шестой советской антарктической экспедиции (1960–1962 гг., начальник экспедиции – В. М. Дриацкий) была создана в Антарктиде, в районе Земли Королевы Мод (Берега Принцессы Астрид), новая первоклассная научная обсерватория-станция Новолазаревская.

Когда «Обь» пришла на рейд станции Лазарев (11 декабря 1960 г.), группа гляциологов на двух вездеходах проложила от барьера шельфового ледника Лазарев к оазису Ширмахера дорогу протяженностью 80 км. По ней пошли тягачи со строительными материалами и оборудованием для новой станции.

На скалах оазиса Ширмахера установили 3 домика Шапошникова, построили 4 сборно-щитовых дома, аэрологический и гляциологический павильоны, а также 3 павильона для геомагнитных наблюдений. Соорудили подсобные помещения. 18 февраля 1961 г. станция Новолазаревская была открыта и на ней начались научные наблюдения. Первым ее начальником стал В. И. Гербович, руководивший строительством станции и оставшийся на ней с одиннадцатью сотрудниками экспедиции».



Возврат к списку



Пишите нам:
aerogeol@yandex.ru, cess@aerogeologia.ru