Комплексная гляциологическая экспедиция на леднике Федченко



Комплексная гляциологическая экспедиция на леднике Федченко

Материал нашел и подготовил к публикации Григорий Лучанский

 

По плану научных работ Международного геофизического года Академией наук Узбекской ССР в 1957 г. была организована комплексная гляциологическая экспедиция для изучения крупнейшего центра современного оледенения Памира – ледника Федченко.

В ее составе вместе с научными сотрудниками Академии наук Узбекистана работали ученые Москвы, Ленинграда, Германской Демократической Республики и Польши.

Основные задачи экспедиционных работ заключались во всестороннем изучении жизни ледниковой области, ее климатических условий, динамики гляциологических процессов, гидрологического режима талых вод, а также в проведении ряда специальных наблюдений и съемок, имеющих целью сравнение современного состояния оледенения с материалами наблюдений прошлых лет и особенно Второго международного полярного года (1932–1933).

Расположенный в наиболее высокогорной и труднодоступной части северо-западного Памира, ледник Федченко до недавнего времени оставался загадочным белым пятном на всех географических картах. Со времени открытия ледника известным русским энтомологом и путешественником В. Ф. Ошаниным в 1878 г. прошло 50 лет, прежде чем стали известны истинное положение и размеры этого гигантского глетчера в системе хребтов Академии Наук, Язгулема и Танымаса.

Ледник Федченко оказался крупнейшим среди горнодолинных ледников средних широт Земли. Он простирается почти меридионально с юга на север более чем на 77 километров и имеет ширину от 2 до 4 километров. Толщина льда достигает 1000 метров, а скорость движения составляет 360 метров в год. Общая площадь бассейна оледенения – 1000 квадратных километров. Ледник дает начало р. Сельдаре, воды которой питают Аму-Дарью.

Большой вклад в дело изучения этой малоисследованной области сделала экспедиция Академии наук СССР в 1928 г. В то время ледник впервые был нанесен на карту и проведено много ценных научных наблюдений. Однако систематическое изучение ледникового бассейна началось только с 1932 г., со времени проведения Второго международного полярного года. В этот период на леднике в средней части его была сооружена самая высокогорная в мире гидрометеорологическая обсерватория на высоте 4200 метров над уровнем моря. Научные материалы, полученные обсерваторией за 27 лет ее существования, внесли много нового в понимание климатических процессов высокогорных областей Средней Азии и режима ледника Федченко. Однако научная станция не могла охватить исследованиями весь ледниковый бассейн и особенно верхнюю его часть – область максимального накопления осадков.

 

Гидрометеорологическая станция Киргизского управления гидрометслужбы. Средняя часть ледника Федченко. Фото автора.

 

Чтобы ответить на многие важные вопросы развития оледенения в этом районе и взаимодействия его с климатическими процессами, требовалась постановка широких экспедиционных и стационарных исследований. Осуществление таких работ стало возможным в связи с проведением Международного геофизического года (1957–1958), когда программой исследований, помимо полярных областей Земли, были охвачены и высокогорные ледниковые районы.

После длительного перерыва в посещении верхней части ледника Федченко потребовалась предварительная разведка подступов к этой труднодоступной области.

В октябре 1956 г. небольшой экспедиционный отряд Академии наук УзССР обследовал подходы к месту предстоящих работ и выбрал наиболее подходящие пункты для установки научных станций – зимовок в бассейне ледника. С этого времени началась усиленная подготовка к большой экспедиции по программе МГГ. Во главе ее на первом этапе встал директор Института математики и механики Академии наук УзССР профессор В. А. Бугаев, уже не раз бывавший на Памире, и в частности в 1946 г. на леднике Федченко, а затем заместители директора института М. А. Петросянц и В. И. Губин. Научными консультантами экспедиции стали старейший географ, член-корреспондент Академии наук УзССР Н. Л. Корженевский и доктор географических наук В. Л. Шульц.

Принимая во внимание необычайно сложные условия, с которыми придется столкнуться при выполнении программы исследований на Памире, было решено при всех прочих равных условиях отдавать предпочтение географам альпинистам, имеющим опыт высокогорных восхождений. Прежде всего это относилось к зимовщикам, которым предстояло впервые испытать на себе воздействие пятитысячных высот на протяжении целого года. Однако трудности предстоящих работ не отпугивали, а скорее привлекали молодых географов, большинство из которых являлись выпускниками Ташкентского государственного университета имени В. И. Ленина. Вскоре сформировалось инициативное ядро экспедиции и подобраны коллективы высокогорных зимовок.

Имелось в виду, что одна из наших станций расположится в конечной части ледника на высоте около 3000 метров, а другая будет вынесена за снеговую границу, в область вечного холода, на высоту около 5000 метров.

Предварительная разведка 1956 г. показала, что условия подхода и передвижения по леднику почти не изменились со времени первых посещений его В. Ф. Ошаниным и Н. И. Косиненко. Река Сельдара, берущая свое начало у ледника Федченко, многочисленными протоками по-прежнему преграждала доступ к глетчеру с севера, а воды р. Танымас – с запада. Другие пути были еще сложнее. Но, пожалуй, самым серьезным препятствием оставалась высота, так как все работы экспедиции должны были проходить на уровне от 3000 до 6000 метров.

В этой связи значительно усложнялся вопрос о выборе транспорта. По самым скромным расчетам, на ледник нужно было доставить более 100 тонн необходимого снаряжения, приборов, топлива и продуктов. Опыт показал, что ни один из 188 верблюдов, арендованных Таджикско-Памирской экспедицией в 1932 г., не выдержал ледниковых условий, да и лошади продвигались здесь с большим трудом. Однако пришлось остановить свой выбор именно на конном транспорте, как единственно возможном в этих суровых условиях.

В начале июня 1957 г. из Ташкента в Ош, а затем в Алайскую долину выехала первая группа экспедиции для подготовки перевалочных баз и аренды большого каравана.

В это время в Ташкенте шло строительство домов-зимовок, предназначенных для установки в ледниковой области. Обычные деревянные конструкции с громоздкими деталями оказались совершенно неприемлемы, так как завезти такое сооружение на ледник караваном было невозможно. Поэтому пришлось изыскивать такие материалы и формы деталей, которые при минимальном весе и габаритах были бы достаточно прочны и хорошо держали тепло. Для строительства был применен дюралюминий с пенопластовым утеплителем.

Дом по форме напоминал корпус самолета. Это сооружение в собранном виде имело 2,5 метра высоты, 8 – длины, 4 – ширины и было рассчитано на 5–6 человек. В доме имелась рабочая комната, спальня, кухня и тамбур. На случай снежных заносов, кроме основной двери, в потолке был сделан запасный выход-люк, и большая часть окон также вынесена наверх. Общий вес дома составил 1500 килограммов. Он легко разбирался, и каждая составная часть его – а их набралось около ста – весила не более 20 килограммов и легко умещалась на одну вьючную лошадь. К середине июля на перевалочные базы в Арамкунгей и Кокджар прибыли многочисленные ящики с научными приборами, снаряжением, продуктами. Штурм ледника-гиганта начался с двух сторон, с севера – по долинам рек Алтындары и Сельдары и с востока – по долинам Кокджара и Танымаса. Для провода караванов вброд через бурные потоки были подобраны специальные проводники-караванбаши. Однако преодолеть Сельдару оказалось нелегким делом. Стремительный поток сбивал с ног вьючных животных, некоторым так и не удалось выбраться на берег. Приходилось подолгу выжидать спада уровня и переправляться лишь на рассвете по малой воде.

Так же неприветливо встретила исследователей долина Танымаса, где помимо тяжелых бродов, на пути вставали отвесные стены ледников. Только 26 августа, потеряв несколько лошадей на переправах и в ледниковых трещинах, первый караван экспедиции вышел на ледник Федченко, в район будущей станции. С ним поднялась и первая группа зимовщиков и метеорологов: в составе которой были профессор Ленинградского государственного университета О. А. Дроздов, ученый секретарь экспедиции В. Н. Колесникова, начальник зимовки В. К. Ноздрюхин, студенты П. Арапов, В. Буффал и другие. Обосновавшись прямо на льду в легких палатках, метеорологи сразу же начали научные наблюдения.

Остальные во главе с В. К. Ноздрюхиным приступили к сборке домика. Несколько позже на помощь зимовщикам прибыл техник-строитель С. С. Чуманов, под руководством которого к концу сентября был завершен монтаж станции.

В то время трудно было предполагать, что ожидало зимовщиков здесь, на высоте, близкой к 5000 метров. Какова будет сила ветра, его направление, температура воздуха и количество снега? Уже в сентябре начались метели, а ртуть в термометре по ночам опускалась до минус 20 градусов. Приближалась настоящая высокогорная зима, а на станцию не удалось завезти и половины необходимых грузов, в том числе и топливо. Четверо зимовщиков – В. К. Ноздрюхин, А. И. Королев, Н. У. Назаров и В. Н. Смеянов – продолжали достраивать станцию и устанавливать приборы. (О работе высокогорных станций подробно рассказывает книга «Заоблачная дрейфующая», изданная Географгизом в 1961 г). Крепчали морозы, и внутри домика ночью температура падала до минус 15 градусов.

В конце октября наземная связь с ледником прекратилась. Последний караван с продуктами так и не смог подняться на ледник, грузы пришлось оставить в 10 километрах от зимовки. Зима наступила раньше, чем ее ожидали, и спутала все планы. Оставался единственный путь – воздух, но и он таил в себе немалые препятствия. Сплошная облачность окутывала Памир. Для выполнения ответственного задания по выброске грузов зимовщикам в Ташкент по ходатайству Междуведомственного комитета МГГ прибыло четыре тяжелых транспортных самолета. Общее руководство полетами было поручено опытному пилоту К. Я. Балашову.

В конце октября самолеты вылетели в район ледника, но испортившаяся во время полета погода не позволила произвести выброску. Только спустя пять дней самолеты вновь направились на Памир и в просветы в облаках, с высоты 7,5 тысячи метров сбросили на парашютах первую партию груза. Тяжелогруженые контейнеры при падении глубоко зарывались в снег, а некоторые из них навсегда исчезли в глубоких трещинах. Но около 15 тонн топлива и продуктов зимовщикам удалось разыскать и на санях по частям подвезти к станции. Теперь у них было все необходимое для долгой зимы. Однако часть снаряжения и продуктов все еще лежала в 10 километрах от дома в долине Танымаса, и их надо было поднять на станцию.

Надежная радиосвязь между зимовкой, получившей название Ледник Витковского, и Ташкентом была налажена лишь в ноябре. К этому времени закончились все монтажные и подготовительные работы на конечноледниковой научной станции Ледник Федченко-2. Здесь, на высоте 2900 метров, остались зимовать научные сотрудники Л. П. Трибунский (начальник), М. Насыров, А. А. Крейтер, старший техник-наблюдатель Ю. Н. Лесник и радист В. В. Халтурин. Другая часть зимовщиков в составе научного сотрудника В. Г. Кучерявого, старшего техника-наблюдателя Т. Аллабергенова и врача экспедиции А. С. Мирсадыкова расположилась в гидрометстанции Киргизского управления гидрометслужбы, в средней части ледника Федченко на высоте 4200 метров. Таким образом, на леднике для проведения круглогодичных наблюдений осталось 12 научных сотрудников.

Уже в конце ноября домик верхней научной станции занесло снегом под самую крышу. Передвижение по леднику стало возможно лишь на лыжах. Запорошенные снегом трещины представляли собой настоящие ловушки. Передвигались, связавшись веревкой, шаг за шагом прощупывая снег. А ходить приходилось много. Ежедневно велись наблюдения на крупных фирновых мульдах-притоках, отстоящих от станции на расстоянии нескольких километров. Время от времени зимовщики отправлялись в долину Танымаса, чтобы пополнить запас продуктов. Но однажды, в декабре, придя к месту продовольственного склада, они не нашли его. Громадная снежная лавина, сошедшая с левого склона долины, засыпала его мощным слоем снега. О том, чтобы раскопать продукты собственными силами, не могло быть и речи. Это происшествие поставило коллектив зимовки в крайне затруднительное положение. И опять на помощь исследователям пришла авиация. На этот раз с самолетом удалось связаться по радио и корректировать выброску грузов.

В марте 1958 г. впервые в условиях зимы на ледник пришла большая группа узбекских альпинистов во главе с мастером спорта В. А. Эльчибековым, которая доставила зимовщикам батареи для питания радиостанции, свежие газеты, журналы и письма. Вместе с альпинистами на станцию прибыл еще один зимовщик, И. Арифханов. Однако отсутствие достаточной акклиматизации и большая физическая нагрузка сразу же сказались на здоровье новичка. Он заболел воспалением легких, что в условиях разреженной атмосферы высокогорья могло кончиться трагедией. Поддерживая постоянную радиосвязь с врачом экспедиции А. С. Мирсадыковым, зимовщики сделали все, чтобы спасти жизнь товарища. Впервые за все время работ пришлось прибегнуть к кислороду, несколько баллонов которого предусмотрительно было сброшено на ледник с самолета. Через несколько дней наступил кризис. Вскоре Арифханов поднялся с постели.

В апреле домик покрылся полутораметровым слоем снега. Единственным выходом наружу стал потолочный люк, который надо было расчищать от снега каждые 2–3 часа, чтобы не оказаться замурованными в снегу. Однажды зимовщики проснулись от непривычного шума. Выяснилось, что в результате движения ледника под домом прошла широкая трещина. Пол покоробился и в одном месте поднялся бугром на 80 сантиметров. Начала протекать крыша. Чтобы исправить эти повреждения, надо было переставить дом на новое место, но сделать это среди зимы своими силами оказалось невозможно. К счастью, трещина почти не увеличивалась, и пришлось смириться с новыми неудобствами.

Нижнеледниковая станция, стоящая на твердом основании морены, находилась в более благоприятных условиях. Снежный покров не превышал здесь 50 сантиметров. К домику часто наведывались горные козлы, а иногда их постоянные спутники – снежные барсы.

Зимовщики хорошо освоились с необычайными условиями высокогорья и провели много различных наблюдений, результаты которых исключительно интересны. Гляциологи посетили еще не обследованные ледниковые притоки ледника, выявили особенности движения ледника Федченко в различных зонах, провели наблюдения за лавинами. Стало известно, что быстрее всего лед движется в средней части ледника, где его скорость достигала 360 метров в год. В верхней, фирновой зоне движение льда составило 170–180 метров в год. С этой же скоростью двигалась и научная станция.

Климатологи вели круглосуточные наблюдения за состоянием погоды, которая резко менялась в различных зонах ледника, изучали интенсивность солнечной радиации. Гидрологи делали зимние замеры расходов рек и готовились к наблюдениям над весенними паводковыми водами.

С наступлением лета 1958 г. на ледник пришли новые отряды исследователей, в числе которых была и группа немецких специалистов-геодезистов, возглавляемая инженером Г. Диттрихом. Кроме гляциологов, сюда прибыли сейсмологи. Состав экспедиции возрос до 130 человек. На всех крупных реках района были установлены гидрологические посты для учета расхода воды. Геоморфологи и геологи проникли в самые отдаленные уголки ледникового бассейна, исследуя строение окружающих гор и вопросы истории оледенения.

...Началась вторая зима. Состав зимовщиков за небольшим исключением остался прежним. Опыт первой зимы в необычайных условиях не прошел даром и показал, что даже здесь, на пятитысячной высоте, несмотря на постоянное угнетающее влияние разреженной атмосферы, большие морозы и снежные метели, человек может достаточно хорошо акклиматизироваться и способен вести напряженную научную работу при большой физической нагрузке.

Постоянное движение и круглосуточная занятость исследователей помогали им преодолевать горную болезнь. Только при чрезмерном утомлении сказывалось ее влияние и появлялись недомогание, головные боли, тошнота, отсутствие аппетита. Сон становился беспокойным и не приносил облегчения.

В зимний период 1958–1959 гг. исследователи верхнеледниковой научной станции провели многочисленные вылазки в верховья ледника Федченко и его притоки. Для изучения этой зоны на высоту 5700 метров была вынесена временная гляциолого-метеорологическая станция, сотрудники которой провели там более 15 дней и получили интересные данные о ходе метеорологических процессов и интенсивности солнечной радиации. На всех крупных ледниках-притоках были проведены наблюдения за распределением осадков и их мощностью.

Весной 1959 г. на леднике Федченко возобновились работы подвижных гляциологических, климатических, сейсмических и других отрядов экспедиции. Как и в прошлые годы, метеорологические условия не благоприятствовали исследователям. Многоснежная зима вызвала бурный паводок на реках бассейна, что сильно затрудняло подход к району исследований. Однако и в это лето на леднике работало более 70 сотрудников экспедиции.




Возврат к списку



Пишите нам:
aerogeol@yandex.ru, cess@aerogeologia.ru