Несчастные случаи и их уроки



Несчастные случаи и их уроки

Материал нашел и подготовил к публикации Григорий Лучанский

Источник: Воробьев В. Кто же виноват. Несчастные случаи и их уроки. На суше и на море, №7, 1933 г. Орган ОПТЭ и ЦК ВЛКСМ, ОГИЗ Физкультура и туризм.

Летом 1932 г. в горах Кавказа произошло несколько серьезных несчастных случаев с альпинистами.

Остановимся прежде всего на несчастных случаях, происшедших на перевалах, соединяющих верховья ледника Шхельды (Каб. Балкария) с верховьями сванетских ледников Чалаат и Ужба.

Перевалы Шхельды и Ужбы, расположенные в одном из самых диких и живописных уголков Кавказа, считаются очень трудными, они еще мало изучены. Именно эти обстоятельства и привлекли в истекшем году к ним внимание пролетарских альпинистов.

В конце июня из Сванетии к перевалу Шхельды по р. Тюибри вышла самодеятельная группа московских альпинистов, состоявшая из трех человек (Е. Коломенский, В. Коваленко и Л. Карпихина).

Благополучно миновав первый ледопад Чалаатского ледника, группа начала обходить по скалам второй ледопад. Путь шел с левой стороны ледника по скалам. Альпинисты шли без веревки, так как по объяснениям В. Коломенского, «участок подъема был не очень высок, скалы были гладкие и охранение было невозможно».

Когда Коваленко, шедший первым, был уже почти наверху, правая рука его внезапно сорвалась с камня, он потерял равновесие и упал. Падая, он дважды ударился о выступы скалы и свалился в конце концов в ручей, протекавший внизу. Товарищи вытащили его из ручья в бессознательном состоянии: у него оказалась разбитой голова и повреждены позвонки.

Подоспевшим спасательным отрядом Коваленко был доставлен на носилках в Местию, где пролежал в постели больше месяца, прежде чем получил возможность двигаться.

Несколькими неделями позже на том же Чалаатском леднике произошел еще один несчастный случай: при спуске с перевала Шхельды на ледник Чалаат сорвался и был сильно ранен при падении турист Надеждин.

Гораздо более тяжелые последствия имел несчастный случай, происшедший в этом же районе с самодеятельной группой туристов — иностранных рабочих ростовского Сельмаша.

Эта группа в составе Грубера, Бауэра, Камерера и Сливанского 17 августа вышла в Сванетию из базы в Тегенекли. Сперва группа хотела идти через Шхельдинский перевал, но, поднявшись на ледник Шхельды, изменила свое намерение и пошла к Ужбинскому перевалу, находящемуся между г. Чатын-тау и г. Ужбой.

Прошла неделя. Альпинисты в Сванетию с перевала не спустились. 25 августа из Местии на розыски пропавших альпинистов были направлены по ледникам Чалаат и Ужба три спасательных отряда. Одновременно были начаты поиски с балкарской стороны — по ущелью Шхельды.

Спасательные отряды тщательно обшарили ледники Шхельды, Чалаат и Ужбы, а также Ужбинский перевал. Ни на ледниках, ни на перевале никаких следов пропавшей без вести группы они не нашли.

Тов. Вавилов, руководивший работой спасательных отрядов, предполагает, что группа Грубера, выйдя к снежным полям, питающим ледник Шхельды (так называемое Ужбинское плато), не сумела должным образом ориентироваться на них и приняла седловину между безымянным пиком и г. Ужбой за Ужбинский перевал (в действительности Ужбинский перевал находится восточнее безымянного пика — между этим пиком и г. Чалаат). Выйдя на седловину, альпинисты из группы Грубера уперлись в ледяной кулуар, убедились в невозможности спуска по этому перевалу на Чалаатский ледник и решили попытаться обойти его по скалам безымянного пика, торчавшего над кулуаром. А дальше... дальше они по всей вероятности сорвались либо на трудных и обледенелых скалах, либо где-нибудь ниже, вновь выйдя на лед крутого кулуара.

8 августа произошел несчастный случай на одном из ледников Казбека. Этот несчастный случай повлек за собою гибель одного из лучших альпинистов Закавказья, председателя горной секции Закавказского совета ОПТЭ Шота Микеладзе.

Микеладзе вдвоем со своим спутником Махарадзе отправился к вершине Казбека самым коротким из всех возможных маршрутов — с восточной стороны по скале Гвелешапи. Микеладзе хотел исследовать путь, которым до него еще никто не ходил.

На ледяном склоне на высоте 4850 м Микеладзе, шедший первым и рубивший ступени, поскользнулся и упал, увлекая за собою Махарадзе. Благодаря зацепившейся за скалу веревке им удалось остановиться.

В виду позднего времени они провели ночь на том же месте, привязанные веревкой к скале. Утром Шота снова продолжал восхождение, несмотря на протесты спутника. Дойдя до места, где они накануне сорвались, т. Махарадзе категорически отказался продолжать подъем. Шота же находил восхождение менее опасным, чем спуск. Обратный путь приходилось прокладывать, все время укрепляя веревку. Такое занятие надоело т. Шота; разбитый накануне большой палец правой руки сильно мешал ему, и он начал идти на всей веревке. Тов. Махарадзе прикрепил свой конец веревки к камню; в этот момент Шота поскользнулся, веревка всей длиной натянулась, перетерлась, по-видимому, о камень и оборвалась. Шота покатился по льду, перелетел через скалы Гвелешапи и разбился на леднике Абано.

Шестой пo счету жертвой несчастных случаев пал харьковский турист, иностранный

специалист Туссель. Погиб он на г. Шхара, находящейся в верховьях величайшего на Кавказе ледника Безинги.

Туссель был прекрасно снаряжен. Он долго готовился к путешествию и хорошо изучил маршрут. В трудный и крайне опасный путь он отправился 14 августа с Миссес-коша один, пообещав своему спутнику Баллаху, оставшемуся на леднике Безинги, вернуться через 6-7 дней.

Для восхождения на Шхару Туссель избрал себе путь Томашека — по северному склону, для спуска — северный хребет, ведущий к трудному и малопосещаемому туристами перевалу Дыхни-ауш.

Вскоре после его ухода на ледник Безинги опустился туман. Погода испортилась, Начался обильный снегопад.

Находившиеся на Миссес-кош альпинисты имели все основания тревожиться за судьбу Тусселя. И дождавшись некоторого улучшения погоды, они 23 августа двинулись на розыски.

Тщательные поиски на склонах Шхары не дали результатов. Никаких следов пропавшего альпиниста спасательным группам обнаружить не удалось, Туссель не вернулся.

Из других несчастных случаев, происшедших в 1932 г., отметим еще один.

На леднике Дых-су при траверсировании крутого скалистого склона упал с высоты в добрый десяток метров и разбился о камни московский альпинист Слуцкин. Повреждения, полученные им при этом, оказались настолько серьезными, что о продолжении путешествия ему нечего было и думать. Раненый был доставлен товарищами в балкарскую караулку, где ему была оказана помощь.

Что характеризует большинство несчастных случаев истекшего года?

Прежде всего то, что их жертвами явились не новички в альпинизме. И Слуцкин, и Коваленко, и Туссель, и Микеладзе, и погибшие на Ужбинском перевале туристы из группы Грубера являлись альпинистами, имеющими немалый опыт путешествий в высокогорных районах. Альпинисты, ставшие жертвами несчастных случаев, знали, на что они идут, были великолепно осведомлены об ожидавших их опасностях, вероятно, даже лучше консультантов ближайших баз. Мы считаем, что почти во всех несчастных случаях истекшего года виноваты прежде всего те, кто явился их жертвой, что в основе этих несчастных случаев лежат опасности субъективного порядка. Опасности объективные (туман, лавины, трещины, крутые скалы и т. д.), бесспорно, подкарауливали альпинистов на их маршрутах, но при других субъективных условиях, при ином поведении альпинистов не привели бы, может быть, к катастрофам.

Туссель нарушил самые элементарные установки пролетарского альпинизма: он пошел по крайне опасному маршруту совершенно один. Материалы, которыми мы располагаем, говорят о том, что у Тусселя и ранее проявлялись индивидуалистические тенденции и рекордсменские замашки. Почему погиб Микеладзе? Техника горовосхождения требует, чтобы опасные маршруты в горах проводились не иначе как втроем. Микеладзе пошел по исключительно трудному, еще никем не проверенному пути вдвоем и притом с неопытным товарищем, который техникой горовосхождения не владел. Микеладзе невнимательно подошел к подбору спутников для опасного маршрута, не учел должным образом всех ожидавших его опасностей, не проверил качества снаряжения, переооценил свои подорванные тяжелыми условиями восхождения силы, пренебрег прекрасно ему известными правилами горовосхождения в обстановке, требовавшей как раз самого тщательного соблюдения этих правил.

Мы не знаем, при каких обстоятельствах погибли на Чалаатском леднике Грубер, Бауэр, Камерери, Сливанский. Но мы знаем, что консультант базы ОПТЭ в Тегенекли Покровская, взвесив подготовленность участников группы Грубера для трудного перехода, их снаряжение, состояние снега в горах, благоприятное для образования лавин, категорически отказала альпинистам в утверждении их маршрута через перевал Шхельды.

Однако отказ в утверждении маршрута и указания Покровской не произвели никакого впечатления ни на Грубера, ни на его спутников. Они пренебрегли данными им советами и прямым запретом консультации. Кто виноват после этого в их гибели? Ответственность за их гибель лежит прежде всего на них самих.

Почему разбился Коваленко? Прежде всего потому, что его группа шла без веревки. И здесь дело не в природе, а в переоценке туристами своих сил, в пренебрежительном отношении к охранению на опасном переходе.

Из опыта 1932 г, должны извлечь необходимые уроки все без исключения альпинисты, как начинающие, так и имеющие уже большой альпинистский стаж.

Первый урок; не ходи в горы с закрытыми глазами! Мы должны развернуть самую решительную борьбу с недооценкой трудностей путешествий в горах и опасностей, с которыми эти путешествия сопряжены, с пренебрежительным отношением к этим опасностям.

Разумеется, призывая пролетарских альпинистов к осторожности, мы отнюдь не хотим сказать, что они должны отказаться от трудных маршрутов и сторонкой обходить малейшее препятствие. Наоборот, они должны научиться смотреть прямо в лицо всякой опасности, овладеть в совершенстве техникой борьбы с опасностями гор, догоняя и перегоняя в этом отношении альпинистов из капиталистического национал-фашистского лагеря. Мы не только не зовем туристов бежать от опасностей, а, наоборот, всемерно поощряем инициативу туристов, желающих совершить то или иное трудное восхождение, но при условии: если они имеют для этого достаточно силы, здоровья и уменья.

Мы решительно осуждаем спортивное трюкачество Тусселя и его предшественника Зеьгейма, туриста-одиночки, погибшего в 1931 г. на Эльбрусе, и подобных им, идущим бороться с опасностями гор один на один. Мы против индивидуализма в туризме, за коллективную организацию не только альпинистского, но и всякого другого путешествия.

Говоря о коллективе в туризме, мы не можем обойти вопроса о том, какое значение имеет для успеха высокогорного путешествия подбор группы. Состав группы должен быть однороден. Слабый спутник в группе будет не только в тягость для остальных участников группы, но и ходячей опасностью для них на трудных местах, как это было в группе Микеладзе.

Последнее наше замечание касается техники горовосхождения. Среди некоторой части наших альпинистов наблюдается чрезвычайно пренебрежительное отношение к соблюдению элементарных правил охранения на трудных переходах. Иллюстрацией являются случай с Коваленко и случай с Микеладзе.

По недооценке правил техники горовосхождения мы должны ударить со всей решительностью. Чем труднее и опаснее переход, тем больше внимания должно быть уделено альпинистами соблюдению всех выработанных практикой альпинизма правил горовосхождения, прежде всего правил охранения с помощью веревки.


Возврат к списку



Пишите нам:
aerogeol@yandex.ru, cess@aerogeologia.ru