Экспедиция через пустыню Каракум



Экспедиция через пустыню Каракум

Материал нашел и подготовил к публикации Григорий Лучанский


Жара и клещи в пустыне

Вот мы и победили пустыню Таукум! Шли в ночные часы да утром, и особых происшествий не случилось, если не считать массированного нападения кровососов. Клеща не убьешь, не прогонишь. Ловили и сжигали. Спичек израсходовали больше коробка. Природе, видно, потребовалось испытать нас на прочность и такой еще напастью. После победного похода в пустыню Таукумы (июль 1981 года) экспедиция в обновленном составе побывала в песках восточной части Кызылкум (август 1981 года). Затем прошла через пустыню Моюнкум (конец мая и начало июня 1982 года), выдержала экзамен на зрелость, совершив сверхдальнее путешествие вдоль Чим-байского караванного тракта в Кызылкумах (июль-август 1982 года), произвела разведывательный бросок через Восточные Каракумы (конец июня 1983 года) и через месяц сделала проверку сил и снаряжения опять же в пустыне Таукум.

Специалисты зафиксировали факты опасного воздействия высокой температуры на двух участников экспедиции. Похоже, один из них, судя по настроению, благоразумно оставит за другими право продолжать спор с раскаленными песками.

 

Как мы питались в пустыне

Завтракали по нашему перевернутому режиму в 19 или 20 часов. Девушки на всех готовили суп с мясом, используя обычные концентраты (пять пачек) с добавкой сублимированного мяса (одна пачка). Потребляли суп с сухарями, пили зеленый довольно сладкий чай (полкилограмма сахара на всех). Для разнообразия суп заменяли борщом.

Совершив пять переходов, останавливались на обед. На трапезу расходовали две банки сгущенного молока, которое ели с печеньем (до 10 штук на человека) и чаем. Пили еще спортивный напиток.

После обеда мы ложились спать на два-три часа. Каждый нес с собой «матрац» – кусок тонкого брезента или поролона (завидуйте, спящие на перинах!). Был у нас и полдник (в шесть часов утра). Опять в ход шла сгущенка (одна баночка на всех). Ели ее с хлебом (одна булочка, заключенная для сохранности в съедобную пленку). Баловались конфетами, жевали сухофрукты (200 граммов на всех).

Через три или четыре часа, дойдя до заданной точки (колодец или какое-либо укрытие), ужинали: каша манная (рисовая с изюмом), чай или компот, сухари, сахар (полкилограмма на всех).

Кроме того, через каждые два часа движения мы подкармливались: ложка меда с измельченными орехами (тоже по одной ложке).

На таком, примерно, рационе, проходили и предыдущие наши переходы. Неудобство жизни состояло в том, что спины тяжко горбатились ради запросов желудков.

Кондратенко, однако, учел собственный опыт походов пустыни и настоял на том, чтобы им разрешили дополнительно взять с собой побольше сахара и зеленого чая. А еще витаминов. Они ведь, как и соль, уходят из организма с потом. Работа потовых желез – главное оружие в борьбе с перегреванием организма.

 

Обувь и ноги в пустыне

От мозолей в походе никто не застрахован, особенно если приходится долго шагать по твердой дороге или по такыру. Но лучший способ уберечься – гигиена ног. У воды мы старались привести ноги в полный порядок, постирать носки. Впрочем, и на безводных привалах регулярно делали гигиеническое обтирание тела. Для этого требовалось каждому стакан воды и немного марганцовки. Очень важно соблюдать такой походный закон.

Обувью нам служили зимние ботинки с верхом из толстого сукна. Опытным путем был найден такой вариант. Достоинство ботинок в том, что они хорошо сохраняют температуру тела. Идти в них легко. Брезентовые голенища мы прикрепляли к ботинкам крючками. В комплект одежды входили трикотажные брюки, солдатские рубашки и толстые сталеварские шляпы из войлока.

 

График движения в пустыне

Обычно группа после дневного отдыха выходила на маршрут в 2 часа. За ночь делала 6 – 8 переходов, по 50 минут каждый. Иногда обстановка заставляла совершать большой (90 минут) бросок. Именно такая ситуация сложилась в начале движения вечером 19 июля. Восход луны ожидался во второй половине ночи. Брести в полной темноте спортсменам не хотелось. Они спешили пройти как можно больше за вечер. Дорога пролегала по ячеистым пескам, густо поросшим кустарником, по небольшим такырчикам, окаймленным песчаными холмиками. Глаза еще различали белеющие в песчаной массе меловые вкрапления. Пыль набивалась в одежду, скрипела на зубах, отдавая солоноватым привкусом. Лишь на возвышениях под ноги ложились россыпи камней.

О микропаузах следует сказать отдельно. Получивший такое название метод сохранения работоспособности родился еще в походах через пустыню Таукум. Его предложил бывалый турист Климов. Смысл его в следующем. Лямки тяжелых рюкзаков давят на плечи, препятствуя нормальному кровотоку в этой части тела. Часто снимать с плеч ношу – значит терять много времени и сил. Пестовать груз в половину веса собственного тела нелегко в начале пути и очень тяжело в состоянии усталости. Выход из положения нашли такой. Спортсмены останавливались, наклоняли туловища вперед с тем, чтобы тяжесть рюкзаков переносилась с плеч на спины. Раз, два, три... Хватит сверлить глазами матушку-землю!

Однако дел по хозяйству набиралось все же немало. Порой было очень сложно набрать дров для костра, особенно на такыре. Немало времени тратили на установку двухслойного тента. Для этого три стойки крепили к песчаным якорям (мешочки, которые зарывались в грунт). Не менее двадцати минут требовалось на всю работу с тентом. Он имел два входа. С каждой стороны под тентом свободно помещались четыре человека.

Ночью тент просто расправляли на песке и ложились на эту «шикарную» постель. Днем спасение можно было найти только под двойным потолком. Сон приходилось призывать силой самовнушения. Если дневка проводилась возле воды, то все непременно мылись, смачивали вкладыши от спальных мешков водой. Забравшись в них, могли быстрее уснуть.

Как ни старались, дневной сон всегда и у всех без исключения был неполноценным, ощущение удовлетворенности отдыхом не приходило. Днем без особой нужды никто из-под тента не вылазил. Ведь температура воздуха даже в тени никогда во все дни перехода не опускалась ниже сорока градусов, а на солнце постоянно держалась выше пятидесяти. Песок же нагревался до 70 градусов. Обычно по своей инициативе Гельмут Гегеле выбирался наружу, молча варил чай и приглашал всех освежиться. Да Коля Устименко аккуратно проводил свои наблюдения: измерял температуру воздуха и грунта, определял силу и направление ветра, описывал характер рельефа, не упускал возможности осмотреть травы и кустарники. И делал он все это без суетливости, не рекламируя свою занятость, чем вызывал уважение товарищей.

Настоящим испытанием на прочность были предвечерние сборы в путь. Зной, раскаленный песок, мухи, вялость в теле – все это наваливалось разом, тяготило, раздражало. Не всем удавалось оставаться ровными в поведении. Первым, как уже говорилось, выдал такие отклонения Владимир, обладатель завидно натренированной мускулатуры. А вскоре опять же сорвался Зейнел. Но до того места надо было еще дошагать...

 

Выживание и сохранение работоспособности в пустыне

Мелкий песок гирями висел на ботинках. За час путешественникам удавалось пройти не более трех с половиной километров. Солнце уже пекло, они надели войлочные шляпы, а колодец все еще скрывался за барханами. Руководитель группы поймал себя на том, что «зашкалился». Ни о чем уже не думалось, он, как заведенный, мысленно повторял один и тот же набор слов: «Солнечному миру   да! да! да! Солнцу в Каракумах – нет! нет! нет!» Он понимал природу навязчивости. Усталость, накапливаясь день ото дня, только теперь в необычайно трудных условиях проявилась.

Известно, что обычно две трети тепла, выделяемого человеком, передается в окружающую среду путем конвекционной радиации, то есть непосредственным излучением. Одна треть – через испарения выделяющегося пота. Но представьте себе человека, идущего по пустыне среди лета. Подогрев его организма солнцем, тепловым излучением грунта, температура которого достигает восьмидесяти градусов, так велик, что конвекционная радиация тела в окружающую среду совершенно подавляется. Понижение температуры тела происходит в основном благодаря выделению и испарению пота. «В покое, –  пишет в книге «Температура окружающей среды и здоровье» А. В. Агафонов, –  при температуре воздуха 18 – 20 градусов у взрослого человека выделяется около одного грамма пота в минуту, а за сутки   около полутора литров. В покое, при температуре воздуха 28 – 35 градусов количество выделяемого пота возрастает до 2 – 5 граммов в минуту, или около 3 – 7,5 литра в сутки. Такое же количество пота выделяется при температуре воздуха 22 – 32 градуса, если человек выполняет физическую работу. При температуре воздуха 45 градусов человек в покое выделяет 4 – 7 граммов пота в минуту (или 7 – 11 литров в сутки), а в тех же условиях, выполняя физическую работу, –  16 – 21 грамм, в сутки   23 – 30 литров... При обильном потоотделении теряется значительное количество минеральных солей, что приводит к обезвоживанию и обессоливанию организма. В каждом литре выделившегося пота содержится от 2,5 до 5,6 грамма хлористого натрия... Общий запас хлористого натрия в организме человека составляет около 140 – 150 граммов. Потеря с потом 20 процентов, то есть 28 – 30 граммов, ведет к прекращению желудочной секреции и к нарушению коллоидно-осмотического давления в тканях. Дальнейшая потеря хлористого натрия вызывает мышечные спазмы и судороги... Многочисленными опытами установлено, что вместе с потом выделяется до 25 – 30 процентов суточной потребности водорастворимых витаминов».

Не менее интересные данные этого плана собраны в книге В. Г. Воловича «Человек в экстремальных условиях окружающей среды».

Что значит остаться без воды в пустыне? Есть такое выражение   взрывной перегрев. Оно принадлежит американскому физиологу Адольфу и означает быстрое обезвоживание организма под действием жары. По его наблюдениям, при утрате влаги организмом в размере 6 – 8 процентов от веса тела человек впадает в полуобморочное состояние, рот у него становится ватным, глотать пищу он не может. Если потеря достигает 10 процентов веса, начинаются галлюцинации, при 12 процентах человек уже не может поправиться без медицинской помощи. После превышения этой нормы кровь становится такой густой, что сердце не выдерживает напряжения, необходимого для проталкивания ее по кровеносным сосудам, и наступает мгновенная смерть.

Одно дело сидеть в роли испытуемого в палатке, установленной на раскаленном песке, и спасаться от зноя, потребляя подлежащее строжайшему учету количество воды. Такие эксперименты   не новость. И другое –  шагать по пескам, по такырам с увесистым грузом за плечами. Там   опыт на выживание, здесь – поиск решения принципиально новой задачи, как не только выжить, но сохранить большую работоспособность в труднейших условиях пустыни. Не одинакова цена этих совершенно разных по своему характеру экспериментов для науки и практики.

Если температура воздуха составляет 30 градусов, для того, чтобы быть в хорошей форме, достаточно потреблять 150 граммов воды за каждый час движения. При температуре 40 – 45 градусов в условиях многочасовой напряженной работы норма   свыше 200 граммов. За сутки человек должен выпить 6 – 8 литров воды. Большая ее часть расходуется во время отдыха, после еды. В виде пота ее выделяется, конечно же, не больше этого объема. (Данные А. В. Агафонова   20 – 30 литров. В книге этого автора, правда, ничего не сказано об условиях эксперимента).

Однако в период острой акклиматизации в Каракумах ставшая затем привычной работа потребовала от спортсменов больше сил. По этой причине суточный расход воды на человека составил 10 литров. В таких же температурных условиях в Восточных Каракумах (1983 г.), когда группа еще не пользовалась методами ускоренной адаптации к высокой температуре (доработку своего варианта Кондратенко завершил позже), за сутки каждый участник похода выпивал 15 литров (в основном в виде зеленого чая).

По данным исследований, проведенных Эрнстом Миловидовым в Каракумах, даже после отдыха и употребления 6 – 8 литров воды в сутки спортсмены все же находились в состоянии относительной дегидратации.

«Надо точно описать все приемы, при помощи которых мы экономим воду, сохраняя высокую работоспособность, –  подумал руководитель группы. –  Во-первых, тот факт, что мы идем ночью. Если же приходится по какой-то причине продолжать путь под солнечными лучами, расход воды заметно увеличивается. Однако трудный опыт подсказал: среди ночи необходимо выделять для сна полтора-два часа. Тогда не так страшны изнуряющие борения с нежеланием организма жить по перевернутому графику. Научиться спать знойным днем   задача наитруднейшая...»



Возврат к списку



Пишите нам:
aerogeol@yandex.ru, cess@aerogeologia.ru